Чёрный инспектор. Крыса в бегах.

Рюни Крайс чувствовал, как пульсирует загустевший и звенящий воздух, слышал, как выравнивают дыхание люди, как шевелятся, готовясь к прыжку, крайсы – самые сильные и крупные.

И вот одна завертела поджарым мускулистым задом, нагнулась острой мордочкой к земле, приоткрыв пасть. Крайс не мог этого видеть, но представить – до мельчайших подробностей. Ещё одно движение, больше похожее на ощущение последней крупицы в песочных часах.

Чёрные острые нити Дара выстрелили сразу во всех направлениях. Они пронзали плоть, разрывали органы и выплёскивали наружу тонкие струйки крови.

Дикий, агонизирующий визг послужил сигналом для атаки. Выжившие крайсы бросились вперёд – так говорил им инстинкт. Они не могли сбежать от столь сильного и смертоносного противника, значит, его надо было попытаться задавить оставшейся массой. Вот только Крайс был не один.

Фарид стрелял без остановки, пока не занемел палец. Ему не было разницы, из песка и пыли были его пули или из металла, ведь они могли убивать и ранить врага. Мимо, совсем близко, стрельнула тонкая чёрная нить.

Крайс бил точно, ни разу не задев своих. Он словно знал, где именно находятся мелкие твари, даже если их не видел. Крайсье чутьё, как и говорил Кою, здесь, на Дне, обострившееся и раскрывшееся после стольких лет сна. Фарид усмехнулся, смещая прицел.

В стае оказалось почти пять десятков крупных крайс. Много для немаленького поселения рядом со штабом Гильдии. Обычно подобные стаи рисковали нападать на людей, только если сильно голодали, однако эти отощавшими не выглядели.

Фарид поворочал носком ботинка одну из тушек, пробитую насквозь Даром.

– Никого постороннего к крайсам не подпускать. Отправляйся в Гильдию, пусть пришлют кого-нибудь забрать. Их надо проверить на заразу, – он махнул рукой одному из своих бойцов – новичку в отряде. Тот сорвался с места, спеша убраться подальше от горки трупов. Фарид недовольно поморщился. Для элитного убийцы парень был слишком брезглив. – Осмелели, твари.

– Бешеные? – деловито спросил Энка.

Гир отшатнулась от мёртвой крайсы и зашипела.

– Не похоже. Но и нормальными не назовёшь, – Фарид провёл ладонью по своей маленькой аккуратной бородке и ещё раз перевернул тушку ногой. – Бешенство сразу видно, да и в стае больные редко охотятся. Бывает, конечно, но такая стая нападает сразу, а эти выжидали и шли волнами. От бешенства крайсы теряют рассудок, исходят пеной, эти же выглядят здоровыми.

– Хоть не бешеные. Не люблю бешеных, – брезгливо поморщилась Гир.