Колдун

— С детьми и магом, или с тобой? — спрашиваю её, поднимая бровь.

— И там, и там, — кивает она после паузы, всё это время смотря мне в глаза. — Ты идёшь по своему пути, и я очень надеюсь, что, когда-нибудь смогу встать рядом, и мы пойдём вместе.

Качаю головой, ничего ей не отвечаю, отворачиваюсь и вижу, как огра срывает тент с грузовика, потом лезет в кузов и пристраивает пулемёт на крыше автомобиля. Она поначалу хотела ехать с детьми, но эльф и орк смогли уговорить остаться в кузове — так будет больше пользы.

Там же поедем, и мы с Янаей, Павлом и шаманкой.

— Какой план? — спрашивает эльф, рассматривая ночное небо, пытаясь разглядеть там приближающихся врагов.

— Нужно гнать к городу, там посты будут, а значит и защита, — говорю ему задумчиво. — Фактически поедем навстречу Демонам, которые выдвинулись по нашу душу. Может хоть какой-то эффект неожиданности будет.

— Угу, — мычит эльф, продолжая прищурившись, всматриваться в ночное небо.

Рассказывают, сколько-то там сотен тысяч лет назад, когда эльфы жили ещё на деревьях, и поклонялись своим великим дубам — от которых теперь находят только окаменелости.

Так вот, говорят, когда-то они были отличными стрелками из лука, могли попадать белке в глаз с километра. И зрение было развито не в пример лучше того, что сейчас имеют длинноухие. То ли деревья на них так влияли, то ли эволюция. Тоже странная теория одного гнома — что якобы не Единый всех нас создал, а от обезьян мы произошли. А такое разнообразие рас — потому что обезьянки жили в разных частях планеты. Бред ведь. Я вот в Единого верю, и никакая я не обезьяна.

Пару тысяч лет назад пришёл на землю его сын, и принёс знания о Творце. Доказал и показал чудеса на которые не была способна магия. Правда его распяли в итоге, как шарлатана. Но дело было сделано, веру просто так не убьёшь, тем более такую. Нужно же во что-то верить. С другой стороны, я лично чувствовал и наблюдал Тьму, такое не забудешь. Но разве может одно исключать другое?

Наоборот, а что, если и сын творца — был частью Тьмы, выплюнутой сюда, чтобы принести весть о Едином? Да и чувства, которые пришли ко мне перед смертью, я бы не назвал страхом, или чем-то таким.

Наоборот, меня всё устраивало. И если творец и Тьма — не одно и тоже, то я даже рад что лично меня ждёт такое посмертие как Тьма. Теперь хотя бы знаешь, что будет дальше. А вот в случае с творцом — непонятно. Но это не значит, что я не верю в него.

— Пора, — отвлекает меня от размышлений эльф.