Госпожа болотной равнины

Вот фигушки тебе – книжонки пожалел! Я небрежно пожала плечами – мол, не ведаю, не знаю, не понимаю.

Стефан шумно выдохнул и отодвинул свой апоплексический удар на потом, мучительно пробормотал нечто, отдалённо похожее на извинения, и оставил нас без своего присутствия. Я так же постаралась смыться, мотивирую это тем, что мои комнаты, куда я так стремилась, совсем рядом. Да уж, дела!

Как выкрутилась - сама не пойму!

Конец страницы

Глава 7

На зоне баня. А в бараках шмон.

Начало шмона только лишь цветочки.

А дальше будет шмон, как страшный сон.

Уже нашли на нычке две заточки.

В бараках шмон, в бараках шмон,

Поверенным легавым доверяют.

Таков на зоне у ментов закон.

И потому частенько нас шмонают.

Группа "Лукьяновка" «Шмон»

С трудом дождавшись ночи, вышла на разведку. Мой воровской схрон могли обнаружить в любой момент, а это весьма чревато. Я твёрдо помнила, что запихала книжки в нишу неподалёку от своих комнат. Теперь самое важное было - в темноте коридора сыскать нужную арку.

Помолившись для начала Семину-заступнику и многократно проклиная экономное освещение коридора, я замирала и ныряла в каждый закуток.

Наконец, счастье мне улыбнулось, и я с тихим воплем извлекла на свет божий свёрток, ощупала его с замиранием сердца, и, сгорбившись и пригибаясь от каждого шороха, добрела со своих комнат. Вот интересно, разбил бы меня паралич, если бы я увидела слегка зашевелившуюся тень от силуэта возле скульптуры напротив?

Моей столь большим трудом добытой ценностью являлись книги по почвоведению.

Понимаю, не совсем здравый выбор в моей ситуации, но пять лет в университете не прошли даром, и я просто не смогла удержаться.

Да уж: «Что же до почв, что под болотами да болотными лесами находятся, так они есть зело кислые да бедные по составу своему, через это и не растёт на них ничего из растений полезных, да и вся прочая растительность, как то кусты да деревья, не произрастает богато, а лишь мхи, лишайники да кустарники редкие и неприхотливые».

Ересь какая, общеизвестно, что болотистые почвы после осушения возможно использовать под посевы трав, технических, овощных культур и чем чёрт не шутит, зерновых. Тут я крепко задумалась: ведь определённая часть территории, которая принадлежала поместью, являлась именно болотной. Нужно провести более детальный анализ, но я смела надеяться на то, что болота были именно низинные, то есть профита сельскохозяйственного было немало.