Пищеблок 3. Пробуждение

Восход солнца вряд ли мог доставить вампиру радость, хоть тот и был надежно защищен значком-оберегом.

Шарова, напротив, после пары глотков «игристого», расхрабрилась и решила пойти ва-банк.

Из-за горизонта показался краешек малинового диска солнца. Теперь все внимание одноклассников было устремлено туда, помешать никто не мог. Лишь Рита смотрела не на рассвет, а на Лагунова.

— Валер… — начала влюбленная и тут же замолчала.

— Что? — повернулся тот к ней.

Шарова неотрывно глядела в его глаза. Они сегодня были поразительно синие.

Стало понятно, что молчать уже невозможно. Но тут пришло осознание и ужас от того, голове полная каша и никак не получается подобрать нужных слов.

— Валера, я… — и тогда влюбленная быстро приблизилась к лицу Лагунова и решительно поцеловала его.

Ощутив мягкие нежные губы, тот остолбенел от неожиданности. А Шарова тут же побежала прочь и затерялась в толпе одноклассников.

«Ура-а-а!» — вдруг раздалось на весь берег. «Наш первый взрослый рассвет!» — радостно вопили выпускники.

***

Утром вернувшись домой, Валерка упал на кровать и быстро вырубился. А когда проснулся, то долго думал о том, что произошло там, на набережной: «Что это было? Поцелуй Риты…» Это было так внезапно, налетело как ураган и тут же снова исчезло. Может, почудилось?

Лагунов явился по графику в квартиру Корзухина за очередной порцией крови. Пришла и Шарова. Она выглядела совершенно спокойной, будто накануне ничего и не произошло.

— Рит, а что это было? — все же решился спросить Валерка.

— Где? — непонимающе уставилась на него та.

— Там, на набережной.

— Когда?

— На выпускном, когда ходили встречать рассвет.

— А что там было такого необычного? Мы с ребятами все вместе встречали рассвет. Как это делают все выпускники. В общем, ничего особенного, — равнодушно пожала плечами Рита. — Валер, ты о чем?

— Но… — тот пребывал в замешательстве и не знал, что сказать. Такого поворота Лагунов не ожидал. «Ну, не приснилось же мне все это?!» — удивленно подумал он.

Наконец, тихо решился просить:

— Рита… А тот поцелуй?

— Какой поцелуй? — как-то неестественно удивилась подруга.

Затем сделала вид, что соображает, и после театральной паузы воскликнула:

— Ах, поцелуй!

Она засмеялась и объяснила:

— Все очень просто. Был такой красивый рассвет, что я невольно растрогалась. Восторг накатил, чувства какие-то нахлынули и начали меня переполнять. Ну, типа детство закончилось, взрослая жизнь начинается и все-такое…

Валерка недоверчиво смотрел на подругу.