Сети лжи. Часть 1

Он повторял и повторял: «Возможно, потребуется отрубить пять-шесть тысяч голов; но, если бы даже пришлось отрубить двадцать тысяч, нельзя колебаться ни одной минуты». С каким пылом принцесса Авелилона готова была дискутировать на эту тему. Жертвы ради эфемерного блага большинства…

Но ведь черепашники, скорее, и есть революционеры. Это они хотят утопить в крови старый мир только потому, что не изловчились в нём устроиться. Борцы с системой, палачи целых поколений, исконно вызывали в Ане протест и негодование. Но, может быть, потому, что сама она не оказывалась по ту сторону комфорта? В штабелях живых покойников мумиариев, во власти крепостного права, в бедных кварталах Парижа второй половины XVIII века, просто на улице без гроша в кармане или среди безразличной толпы с минимальной зарплатой и необходимостью на неё существовать…

Всё очень относительно.

Полтора миллиона людей, почти треть населения Королевства драконов, сослали за горный кряж. Те, чьи мнения Аня услышала, считали это куда более жестоким, чем убийства.

– Если сберегут шкуры, это выбьет из них дурь, – хладнокровно рассуждал Генрих. – Одно дело – похищать летаргиков или пытать молодых девушек, пробуждая их звериную суть, и совсем иное – самим обосноваться на опушках Черепашьего леса под постоянным прицелом.

Драконий народ волновался. Варварские расправы стали не единственной причиной. Тела мятежников не придали заупокойному водопаду. Их испепелили. И прах хранился теперь в бочках глубоко под замком владыки.

– Не по-людски, – причитала Фирдузия.

Анины цветы саприонии помогли сохранить в целости город, не давая приговорённым трансформироваться. Многие сотни лет в мире драконов казней не было вовсе. Как предусмотрительно Генрих отложил диковинные магические растения, выпутанные из волос жены, – думала время от времени Аня со смесью горечи, страха и восторга.

Убийство дракона, даже его собратьями, оказалось делом непростым. Их приходилось по одному, ценой колоссальных усилий, несколько суток доводить до изнеможения постоянной пыткой.

Ради осуществления казней, которые принц крови считал единственным способом выкорчевать ересь раз и навсегда, истратили львиную долю специфических запасов первого владыки драконов.

– Альтаир не был столь щепетилен, как стало принято с веками, – пояснил Ане Генрих.