Сети лжи. Часть 1

Впрочем, кто знает, не пришёл ли час для чего-то нового… Уйдём под сень дерев, дитя, и я открою тебе эту мудрость. Но враг твой должен быть достоин кары, и пускай она последует поскорее.

– Надеюсь, хотя бы то, что мы нажгли до переформатирования, восстановилось, – пробормотала Салли, провожая две фигуры – идущую и парящую – испуганным взглядом.

– Кто мог знать, – с виноватыми нотками ответила Тина. – Но Гонорею мы кокнем по-бырику.

– И лучше завязывать с этим демоном, – прибавила Жаклин.

Красота и Эрру тем временем закрывали могилу Издры снятыми брёвнами.

Однако гарантировать герметичность захоронения они уже не могли. Впрочем, навряд ли этот призрак ещё когда-нибудь обратится к собственному праху. То, о чём он грезил многие сотни лет, оказалось бессмысленной надеждой. По крайней мере, сама Издра в этом уверилась.

С вызовом Коня Апокалипсиса Бэлла справилась без проблем, прямо здесь, посреди леса на острове друидов. Жокейский костюм вернулся к Тине, демон, теперь озлобленный исключительно против Гонории, раздувал голубые ноздри, пуская пар.

– Ну, мы пошли, – оседлала лошадь Тина. – Вперёд! Ищи своего врага!

IV (5)

Тина прислала фотографию и Тутэлла смогла открыть для соратников Ворота в обжитой лачуге посреди крошечного мира-чащи III-го измерения. Когда Лунные воины вышли там, противница уже была повержена. Она таяла обсидиановым дымом посреди разбросанной утвари под копытами синего чудовища. Сайфакс радостно полыхал на остатках укрытого обугленным сеном спартанского топчана около большой кровати, одеяло на которой тоже начало дымиться.

– Спасибо! – так и искрился он. – Я аж зачадил, когда её увидел. А она ну кинь в меня порошок какой-то… И всё: что ни скажет, не могу противиться. Одну её перед собой и вижу, другое – смазанный фон, только тень какая-то в нём и мелькает. А разобрать ничего нельзя, кроме этой… этой… этой моей повелительницы. Кошмар просто. Ищи ей королевство с подданными да завивай кудри.

Хоть тухни от такой жизни. Я и забыл, какой это был мрак.

– Цени нас, – пошутила Аня, осматривая обрывающийся густой синевой куцый пейзаж за окном. – Бузишь постоянно, что в этом «ущербном мире» талантливому ифриту нельзя открыть свой ресторан и стать шеф-поваром.

Конь Апокалипсиса подёрнулся дымкой, и теперь казалось, что туманное ничего проникло внутрь домика и оседает на неотёсанных деревянных досках, просачиваясь в щели пола.