Магическая Москва 4

К тому же, если мне не изменяет память, «Витязи Магии» – те еще любители дерьмовых открытий. И о них Романов должен знать все, как основатель этой милой организации.

Инга кивнула. Протянула руку к сердцу, чуть погладив кристалл по ребру. Как бы то ни было, он много дал ей. И не только ей.

«Спасибо».

Кажется, в помещении на миг стало еще теплей. Или это ей стало теплее?

Уже на лестнице, ведущей из подвала, эмпат поинтересовалась у уже куда более бодро шедшего за ней наставника:

– А вам не кажется, что, ну, император… несколько своеобразный?

– Пожалуй, все старики немного дети, – добродушно отозвался Коваль.

Потом посерьезнел: - и, Инга, ты должна понимать: тот, кто слишком долго и много взаимодействует со сложными артефактами, тот, кто глубоко погружается в магию, тот, кто часто прикасается к Завесе… Меняется, скажем так. И такой человек, оказавшись без своих привычных инструментов изменения реальности, вынужден приспосабливаться к новым условиям, часто обнаруживая, что давно потерял меньшую или большую часть себя.

Предостережение в словах наставника было очевидно.

– Боюсь, мне никто не доверит управление Империей и закрома Эрмитажа, – отозвалась Инга, стараясь перевести все в шутку.

– Не доверит. Но тебе это и не нужно.

Инга повернулась к наставнику.

Тот был совершенно серьезен. После прикосновения к Сердцу Завеса вокруг словно бы стала чуть более проницаемой, и Инга чувствовала и медленно затягивающиеся раны старого мага, которые сейчас обволакивала сила дома, и странный подтекст в его словах.

Странное сравнение…

Где она – и где Романов, один из самых сильных, вообще-то, магов Империи?

– Я умею жарить бекон, – попробовала зайти с другой стороны Инга. – И не обвиняю хороших людей в том, что они – вовсе не они.

– Ну так какие твои годы? – не без улыбки отозвался наставник. – Все еще впереди.

Крыть было нечем.

Глава 3. Где-то в Великой Степи

Двумя месяцами ранее

Павел оглянулся, с удивлением рассматривая безграничную степь вокруг. В сероватом небе не было видно ни солнца, ни звезд, так что не получалось даже понять, была ли в этом странном пространстве ночь или день.

Ощущения были странными. Он чувствовал и прикосновение травы, и легкий ветер, и слабое тепло словно бы едва-едва начинающегося летнего дня, но все эти чувства казались смазанными, а привычного тока силы по телу вообще не было. Да и само тело казалось словно бы немного далеким, словно бы не совсем его.

Хотя шевелиться маг мог.