Магическая Москва 4

И добавила с неожиданной грустью: – но помечтать-то можно? Теперь вам придется подыгрывать мне, если не хотите, чтобы вас Князь казнил, справедливо опасаясь, что его маленький городок мечты станет проходным домом для всяких сыщиков и журналистов. Подумать только – Тавров в моей власти! И сам пришел… Эх, случилось бы это три года назад…

– Ты хотела забрать наследие моей семьи, – мрачно ответил маг, – и твои люди убили моего д-двоюродного д-деда.

– Ты с ним не очень-то и общался, между прочим. И попрошу заметить: я правда думала, что наследие Тавровых – мое по праву.

Дура наивная... Это уже потом мозги прояснились, поняла, что Зодчему нужен был просто маг рядом с вашим Истоком, чтобы связь установить, и все. А коль никто из нормальных, воспитанных чародеев не согласился – то почему бы и не использовать безродную девку, которой в голову что угодно вбить можно? Которая поверит и в то, что надо стать похожей на сестру, чтобы дед признал, и в то, что отца брат родной особистам сдал…

Павлу на мгновение ему показалось, что говорит настоящая Инга.

Одно лицо, одни волосы, даже интонации похожие – названная дочь ведь ровно с такой же горечью и злость говорила о том, как раскрыла свои способности перед директором приюта… Тогда, в самом начале их знакомства. Целую жизнь назад.

– Ты мою дочь чуть не прикончила, – Надя если и видела какие-то сходства, то явно помнила и о различиях. – Боевой магией швырялась, угробила людей, еще и побег свой инсценировала, в процессе отправив на тот свет несколько человек.

Мы сейчас не в том положении, чтобы тебя арестовывать, но, думаешь, я поверю в раскаянье?

Мирослава, – Павел решил про себя звать девушку по новому имени, – улыбнулась. Грустно так улыбнулась.

– Мне не нужна вера. И раскаиваться мне не в чем, все равно билет на тот свет выписан. Не достанут недобитки Зодчего, так прикончит разодранная стараниями вашей дочурки энергетика, так что – насрать. Договор: я вас прикрываю перед этим старым царьком местного разлива и рассказываю, как отсюда свалить, а вы взамен вытаскиваете в нормальный мир Марью, обещаете ей полную амнистию и нормальную приемную семью, где о ней будут заботиться как о своей дочери, несмотря на то, что она уже несколько лет ни одного слова не говорит.

И мы в расчете.

Павел с Надей переглянулись. У мага имя «Марья» вызывало смутные воспоминания. Ассоциации с тем делом, когда они с Ингой только познакомились…

– Марья – д-дочь Антона Михалкова?

– Она самая.