Дарк

Слон, тем временем, с мерзким чавканьем вытащил бивень из окровавленного тела официантки и повернулся ко мне. Казалось, его горящие алым глаза глядят в самую душу.

«Тебе не уйти», − раздался у меня в голове сиплый голос.

Разом зашевелились остальные слоны, коих здесь были десятки. Ближайший слон-солонка кинулся ко мне по столу, желая продырявить бивнями ладонь. Я с размаху ударил его, и он упал на пол, расколовшись на мелкие части. В горстке просыпанной соли черным комком вились черви. Туман затянул почти весь зал, в его мутной пелене ничего не было видно кроме алых светящихся точек – глаз оживших чудовищ.

Схватив со стойки папку, я сунул ее за пазуху и ломанулся прочь из бара. Куда угодно, лишь бы подальше. За спиной затопали слоны. Казалось, они вот-вот нагонят меня и ударят в спину, насадят на бивни, как тряпичную куклу. Слоны ломились через зал, опрокидывая столы и стулья. Зал наполнился грохотом и звоном бьющейся посуды.

Куда бежать?

Что делать?

Страх накатывал волнами, толкал в спину.

Я заскочил в дверь с надписью «Для персонала» и пронесся по узкому коридору.

Здесь уже вовсю клубился туман, разрастаясь и затягивая плотной пеленой узкое пространство, набиваясь в ноздри и легкие. Позади раздался грохот выбитой двери. Нет! Нет! Нет!

Я заскочил в ближайшую дверь. Пропетляв по длинному извилистому коридору, открыл еще одну. Снова пустой коридор. Справа я разглядел металлическую дверь. Отчаянно дернул за ручку (не заперто!) и ввалился в комнату. Закрыл на замок изнутри, подпер для надежности стоящей рядом тумбой и прислонился к двери спиной.

Сердце колотилось как обезумевшее, страх сжимал тисками.

Комната, куда я попал, оказалась гримеркой. На крючках и стойках везде были развешаны блестящие, сверкающие всеми оттенками золота и серебра сценические костюмы. Пушистыми гусеницами растянулись на стенах перьевые боа, от обилия лифчиков и туфель пестрило в глазах. Прямо напротив меня стояло гримерное зеркало во весь рост с усеянной лампочками рамой. В нем отражался бледный мужчина, прижавшийся к серой металлической двери.

Не человек, а загнанный зверь. Вспомнился Свин из рассказа Любы. Он умер от разрыва сердца за такой же металлической дверью.

Нельзя останавливаться и давать себе передышку. Не сейчас.

В дверь ударили с такой силой, что меня отбросило. Устояв на ногах, я отскочил вглубь комнаты. Удар повторился. Дверь покорежило, она скрипела и стонала, но пока держала натиск разъяренного чудовища, молотящего ногами с другой стороны.