Дарк

− Откройте! Полиция! – послышался глухой грубый голос.

Мы с Олей переглянулись, в ее глазах мелькнул испуг.

− Иди на балкон! – шепнула она и кинулась к ванной комнате.

Я прошмыгнул в комнату Кати, открыл балконную дверь и задернул за собой занавески.

Опять раздались трели звонка.

- Минуточку, я не одета! - крикнула Оля.

Раздался плеск воды, льющейся из крана. Я оглядел крохотный застекленный балкон: спрятаться решительно негде; стоит полицейскому раздвинуть занавески, как вот он я во всей красе. Бери меня тепленького и отчитывайся перед начальством о богатом улове.

Выйдя на балкон, я открыл окно и высунулся наружу. Оля, ну почему ты не сняла квартиру на втором или хотя бы на третьем этаже?! Чертов восьмой этаж… Внизу виднелся козырек крыши балкона седьмого этажа. Если встать на него и придерживаться за раму «моего окна», то можно спрятаться от полицейского. Я вылез в окно. Цепляясь за скользкую раму, нащупал ногой козырек крыши нижнего балкона. Проклятие — он оказался слишком узким, даже половина моей ступни на нем не поместилась.

Тем временем, Оля открыла входную дверь.

− Лебедева Ольга Валерьевна? – едва донесся до меня громкий мужской голос.

Оля что-то ответила. Слов я не разобрал, но паники и дрожи в голосе не было.

− Лейтенант Скворцов Александр Николаевич, − отчеканил полицейский.

Ага, тот самый Саша Скворцов, напарник капитана Будина. Черт, дело плохо. Значит они успели побывать в баре «Парвати» и быстро вышли на Олю. Все же я подставил ее под неприятности.

Вот дьявол!

Полицейский бесцеремонно вломился в квартиру и, как назло, прямиком прошел в комнату Кати. В щелочку между занавесками я увидел, как он остановился посреди комнаты, с подозрением оглядываясь по сторонам. Оля подошла к Скворцову, осторожно тронула за локоть и мягко улыбнулась. На ней был надет короткий черный шелковый халатик, влажные волосы она обмотала полотенцем, соорудив некое подобие башни. Так вот почему лилась вода в ванной. Молодец, девочка, настоящая актриса!

− Лейтенант, пойдемте лучше на кухню, я вас чаем напою, а то на улице дождь, зябко, − сказала она низким бархатным голосом.

Лейтенант смутился.

− Ну… может…

Но тут же вспомнил, что он при исполнении и жестко добавил:

− Не положено, гражданочка! Вы тут... мне не это... тут!

Оля удивленно взмахнула ресницами и пробормотала:

− Все лишь чай, чтобы не простудились.

Икры моих ног налились свинцом и ломили от боли. Я попытался поставить ступни под другим углом.