Лицом к своей тени

«Ух ты!» - беззвучно прочитывается  на лице парня в бейсболке, когда он видит твою, потускневшую за день дороги гриву (длиной тебе с Сильмой, конечно, не равняться, но вот пышностью…хм?..) А сосед слева (это уже, кажется, стало ником: Сосед-Слева) ещё и подаёт руку, привстав; за столом ты оказываешься вполне довольной. 

  Ты даже успела придумать, что сказать. Но, собственно, сказать не успеваешь, так как из-за плеча осведомляются: 

  - Вы, надеюсь, не вегетарианка? – это бармен. 

  - Н-нет.

  - Это из-за меня, - поясняет охотно Карачун, - Рантье замаялся держать специально для меня особый холодильник, так что я уже просто готовлю сам. 

  - Рантье?..

  - К вашим услугам, - склоняется седая голова, а руки, движением церемониймейстера, подающего атрибуты царской власти, творят на полированном дубе пред тобой маленькую симфонию чревоугодия, - Это я. 

 Главное – проснуться, твердишь ты урок Алисы, но, прежде чем набить полный рот чего-то неминуемо французского с сыром и грибами, вечное шило в заднем кармане джинсов заставляет сказать таки то, что хотела сказать: 

  - И… что? Вот вы собираетесь, придумываете такие вот вещи… Вещи, слов нет, потрясающие.

  - Ты ещё вспомни ролевые игры, толкинистов там, анимэшников, - хихикает Сильма и потягивается, как египетская храмовая кошка. 

  - Тогда что же? Думаете, я сейчас так спокойно смогу есть, не узнав, – а для чего, собственно? 

  - Проще сбежать, и думать, что это был глюк? – хитро щурится Карачун, - Понятно-понятненько…

  - Ну – баста, карапузики! – не выдерживает толстяк, чуть громче нужного хлопая крышкой компа, - Совсем заэтосамое девушку… Объясните уже, что к чему, черти! – эту, первую при тебе фразу он от стеснения запивает чуть не литром пива, и потом решается, - Кстати: Апгрэйд.

  Он трогает бук и замолкает – видимо, надолго.

  - Ну, я же предупредил сразу, - Генсек разводит руками, - Так примерно и относись; как к сюжету. Или ты готова поверить в путешествия во времени? 

  Может, его стукнуть, думаешь ты, глядя в довольное, лысое и голубоглазое. Менора смеётся, будто мурлыкает. И обращается к тебе: 

  - Извините, Ольга. Я просто не договорила. Моё всё  относилось к истории Дмитрия.