Лицом к своей тени

 

И тут же ты слышишь, как Гоша твёрдо роняет: 

- Нет. 

Проходит время, прежде чем ты - звук словно замедлил движение – слышишь это. Давайте он так не говорил!.. 

- …Нет, это плохо, это не должно существовать. Это нечестно, в конце концов. Зачем ты это показал; я его уже хочу! Это способ, выход, шанс. И если ты отдаёшь, то я возьму. 

- Оружие – несчастливый инструмент, - явно цитирует кого-то Карачун, - Ну хоть тут у нас взаимопонимание. Так вот. Из-за этой железки один человек убил своего друга, двоих бросили девушки, была сожжена одна из лучших кузниц-лабораторий мира – вместе с хозяином… ах да, и ещё я набил морду Борзописцу.

И много чего ещё. Кстати, одной из девушек была Сильма… Теперь встань, дружище, и с помощью любого – кроме этого и Оли – предмета в данной комнате объясни мне: почему я должен тебе его отдавать. Не докажи – объясни. 

Пока он относит футляр в угол зала, ты не отводишь глаз от судорог на лице Гоши: он сейчас закричит… или заплачет.

 

Ты плохо знаешь Гошу. Он не кричит и не плачет. Он пожимает плечами. 

- Я не говорил? Я не умею драться. С людьми, - но он не хуже тебя осознаёт всю глупость спора с Карачуном, так что, произнося это, уже выбирает какой-то отполированный дрын себе по плечо, - Не может быть, чтоб не говорил. 

- Говорил, и даже просил научить, - почти такой же девайс, разве чуть короче, плавно застывает в метре от Гоши, - но, слушай, не мастак и я драться ни с людьми, ни с драконами…

Сейчас он скажет, что «дерутся всегда сами с собой», думаешь ты.

Но сегодня все тебя разочаровывают. Они оба молчат секунду, две и десять – тут только до тебя доходит, что ты торчишь посреди зала бельмом, со странным звоном в ушах и скомканными в мякиш пышками. 

Дверной косяк придерживает тебя за плечо, и слух начинает опережать зрение. 

- …Что, начнём с простого?

Ч-чёрт, он и вправду начинает просто. Что может быть проще удара палкой по голове? Звук очень характерный, аж лоб заныл.

Гошу бросает наискось-назад, он едва не роняет оружие. Не роняет – но лишь оттого, что Карачун медленно, и вроде бы даже не переступив ногами, нарисовывается вплотную слева от него и это самое оружие отбирает. Тут же, впрочем, протягивая обратно. 

- Дубль два. 

Для начала Гоша потирает лоб и встряхивается (хочется или нет, но сдаваться на одном синяке он явно не намерен). Бросает один очень короткий взгляд на тебя.