Лицом к своей тени

Дождёмся, а то, в самом деле, второй волны затирания... Генсек, что у нас осталось из конспиративных квартир? 

- А ч-чёрт его... Борзописец, твоя хата? Э, да наш писака дрыхнет! 

Менора осторожно касается лба прикорнувшего в отчаянно неудобной позе Борзописца; тут же оборачивается, и гримаска нешуточной тревоги пробегает по её лицу. 

- Молодцы, ребята!.. Забыли, что ему досталось? Зачем дали наклюкаться? Жар ведь, кажется. А ну-ка, взялись и отнесли в комнату – осторожно только, и укройте теплее!.

. Как дети малые, ей-богу; он хоть спал вообще в последние дня три? А приколы с его биохимией забыли тоже? 

Морды у всех разом становятся виноватые и встревоженные. У тебя на всякий случай - тоже. Карачун с Генсеком вскакивают и бережно транспортируют спящего куда-то за пределы комнаты; ты тихонько тянешь Сильму за рукав. 

- А что за приколы с биохимией? 

Она с сомнением возводит бровь – а твой взгляд перехватывает Менора. Какое-то время ещё колеблется, потом машет рукой: 

- Ну.

.. в принципе, всё равно с архивом тебе, так или иначе, знакомиться. Там есть и те дела, которые были причиной появления каждого из нас. Думаю, Борзописец будет не против, если ты услышишь. Пока они ходят… Сядь. 

Ты сидишь, послушней и смирнее тебя нет девушки на земле. Борзописец интересует тебя едва не сильней, чем все драконы. Потому что он... как бы объяснить это странное ощущение...

- Видишь ли, Борзописец – не человек. 

Ах, проваль!..

- ...На этот раз обошлось без запредельных существ и высокой магии.

Никто не умеет так конкретно сделать ближнему плохо, как собственное государство, колдовства не требуется, уверяю. Достаточно хорошего финансирования военных проектов – и ты автоматически участник лотереи! Ну, и... некоторым везёт. 

Недоучившийся великовозрастный студент литинститута, сынок богатых родителей, порвавший с ними по разным неважным для нас причинам. Теперь не слишком сводящий концы с началами внештатный сотрудник пары небогатых изданий, полупрофессионал по литрболу в среднем весе – тихо коротал одинокий хмельной вечер в дешёвой съёмной комнатке частного домика на окраине.

Устал. Уснул за столом. А проснулся лёжа – и в полной темноте. 

Вряд ли обычный человек хоть раз в жизни видел по-настоящему полную тьму... В нашем забитом материей и излучением мире это редкость, такая же, как глубокий вакуум. Сквозь веки, шторы, сквозь, практически, любые преграды просочится хоть лучик.