Орлиный Приют

И однажды фрагменты картины сами сложатся в пару-тройку годных версий.

Она быстро сварила на завтрак молочную кашу и несколько яиц, поджарила хлеб и сыр. Заварила свежий чай и наполнила корзинку коричным печеньем. В раздумьях позавтракала и, накинув пальто, вышла с чашкой горячего чая на крыльцо.

Улицы утопали в тумане. Призрачно темнели садовые деревья, скрылись в густом молоке дома, горы и небо, неприкаянно и приглушённо подмигивали фонари. И казалось, за ночь серая мгла вобрала в себя весь мир, оставив Алье лишь крыльцо в сухой листве, плетёное кресло с пледом да чашку дымящегося чая.

И кота.

Знакомый дымчатый кот по-хозяйски занял кресло и настороженно щурился на Алью. Она невольно встревожилась.

– Что-то с Фанно? – спросила тихо.

Кот спрыгнул с кресла, спустился по ступенькам и красноречиво обернулся, выжидая.

Этого ещё не хватало...

Старая привычка к быстрым сборам выручила снова. Алья торопливо поставила чашку на крыльцо и в чём была – в домашних тапках на босу ногу и пальто поверх халата и ночной рубашки – шагнула в протоку.

Но кот её всё равно опередил – когда она вынырнула из протоки у дома Фанно, дымчатый уже сидел на крыльце.

Алья быстро оценила обстановку. Калитка нараспашку. Дверь в дом приоткрыта. Окна распахнуты настежь. И тумана очень мало – серые щупальца испуганно жмутся у покосившегося плетня. А это верный признак недавнего и сильного колдовства. Когда колдун нуждается в подпитке, он вытягивает силу из природы, а речным колдунам подходили и туманы.

Она осторожно подошла к дому, опустилась, подобрав полы пальто, на корточки и коснулась земли. Влажная и вязкая, похожая на болотистую. Некто призвал силу подземной колдовской реки Чёрной, и её воды не спешили возвращаться обратно. А вот ковёр из опавших листьев сухой. Густой ковёр, словно со всего посёлка сюда листву сгребли. А ведь накануне одиночные паданцы желтели лишь на столе.

Кот наблюдал за Альей внимательно и, как ей показалось, одобрительно. Не торопил.

.. значит, поздно. А раз земля не отдала влагу листьям, то всё случилось недавно – и часа не прошло. И туман выпит неизвестным... значит, он точно наследил, а убрать за ним нечему.

Чёрные поисковые ручьи разбежались по саду, заползли в дом и показали знакомую мрачную картину: Фанно, совершенно здоровая, но обессилевшая, металась в лихорадочном сне, прижав к груди открытую книгу. И оставлять здесь одну её нельзя – воздействие в три дня дар выпьет.