Богатыристика. Тайны сухого озера

Дитя войны, человек старой закалки, старик не видел ничего дурного в том, чтобы внук в совершенстве овладел исконно русским лексиконом.

Но родители Бабуина отнеслись к этому его умению без восторга, и пообещали вымыть рот хозяйственным мылом. Вот он и стал при предках, а также в школе, заменять исконно русские три буквы другими, схожими по стилю и содержанию.

Комик на крик Бабуина ничего не ответил, и тогда мы спешились и подошли к нему.

На дороге стоял давешний пацан.

В руке он держал айфон, а на тощем запястье поблёскивал циферблат швейцарских часов.

Глава 3

Сколько мы проехали? - я забыл посмотреть на счётчик. - Километров семьдесят? Даже если пятьдесят - это уже слишком. Электроников не бывает, НИКТО не может бегать так быстро и на такие расстояния.

- Что, опять шоколадку хочешь? - обречённо спросил Комик, когда мы с Бабуином, тяжело дыша, остановились рядом.

- Не-ка, - пацан смешно сморщил нос и чихнул.

- А что тогда?

Комик не выглядел удивлённым. Словно ему каждый день встречаются пацаны, способные пробежать почти сто километров за неполных два часа…

- Подарок, конечно, - поведал пацан и строго посмотрел на меня.

Комик с Бабуином тоже посмотрели на меня. Требовательно. Выжидающе.

Я молчал.

- Ну давай, Плакса, - подначил Комик. - Тряси мошной. Твоя очередь.

Блин. Не презервативы же ему пихать…

Со вздохом я достал Викторинокс и протянул пацану.

Тот глянул издалека, снова сморщил нос и отрицательно покачал головой.

- Да ты гонишь, - обругал его Комик. - Это ж самая пацанская мечта! Восемнадцать лезвий.

- Ножик у меня уже есть, - сообщил пацан.

- Ну конечно, - буркнул Бабуин. - С такой настырностью как у тебя ещё самолёта нет. Или есть?

- Ох бля, - неожиданно застонал Комик. - Отцы, я щас упаду…

Бабуин поспешно схватил спортбайк за руль и Лёха сполз с него, прямо в пыль, на карачках дополз до травки и рухнув на бок, реалистично изобразил умирающего лебедя.

Я позволил себе улыбнуться. Но вслух ничего говорить не стал. Для Комика всегда так было: хороший понт дороже денег.

Вот теперь и расплачивается.

- Ну так что? - пацан стоял, уперев кулачки в бока, на самом бугре, посреди дороги. - Дари подарок. Или не пущу.

Мы могли его просто объехать. Или дать по ушам, чтобы не залупался, и отправить к мамке.

Но почему-то не хотелось.

Мы ведь тоже когда-то были вот такими, шпингалетами голопузыми. И просто ненавидели верзил, которые распускают руки и вообще ведут себя, как мудачьё.