Богатыристика. Тайны сухого озера

Он тоже держался за балку, над водой торчала лишь макушка. - Ну вот, ты её напугал…

- Кого? - от холода мозги отупели, а губы совсем не слушались.

- Да русалку, же, - доходчиво пояснил этот псих. - Я её почти подманил… А тут ты, со своими воплями.

- Мы думали, что ты утонул.

На меня посмотрели, как на идиота.

- Я в мореходке служил, - высокомерно ответствовал Комик.

- Ну тебя же выперли, - брякнул я.

- Думаешь, за то, что я не умею плавать?

- А кстати, за что? - с мостков свесилась вихрастая голова Бабуина.

- Не твоё собачье дело, - отбрил Комик и плавными гребками поплыл к краю мостков. Он разрезал воду легко, не поднимая брызг, и совершенно беззвучно. - Всю малину обоссали, - сообщил он, плавным движением забрасывая ногу на доски причала. - Только намылился с барышней на шуры-муры…

- Прямо в воде? - скептически переспросил Бабуин. - Посреди ночи?

- А что? Очень удобный случай, - нисколько не стесняясь, Комик оглядел своё крепкое небольшое тело. - На раздевание времени тратить не надо…

- Ты в курсе, что русалка - это та же рыба? - спросил я, взбираясь вслед за ним на причал.

- Умник выискался, - буркнул Комик. - Нету у неё никакого хвоста. Я сам видел. Ножки стройные, длинные, - сладко жмурясь, описывал он. - Грудки такие… - он покачал сложенными лодочками ладонями.

А вдруг это голубоглазая? - от этой мысли тонко заныло под ложечкой. - Пришла искупаться на сон грядущий, а тут - мы.

- И волосы зелёные.

Я посмотрел на этого обормота, плюнул и пошел в баню.

Наверняка он сиганул в воду от испуга. Комик был на взводе, и когда плеснула волна, от страха просто подскочил. Не удержался на мокрых досках и…

А про русалку придумал, чтобы сохранить лицо.

Комик просто НЕНАВИДЕЛ проявлять трусость. Не терпел этого в себе, и другим не позволял.

Когда мы выползли из бани в третий раз, никакого тумана не было. От самого порога бежала выложенная белым камнем дорожка, в конце её темнел большой гостиничный дом…

На ужин мы не пошли: впечатлений были полные штаны.

Еле доковыляв до своих комнат - облачиться таки пришлось в унизительные кальсоны, которые оказались на редкость удобными и мягкими - мы рухнули вниз лицом и захрапели.

Во всяком случае, я рухнул и захрапел.

Проснулся среди ночи: услыхал какой-то необычный звук… Сплю я всегда чутко, что называется «на щелчке».