Сестра печали любовь

Становитесь в ряд,

Забирайте все подряд!

– Ой, опять не то! – спохватилась зазывала и, прикрыв рот рукой, испуганно присела. Впечатление создавалось такое, будто ее речовки кем-то внимательно и строго прослушиваются, и по итогам прослушивания будет вынесено решение, которого она боялась. – Да что же такое! Я щас, щас!

Женщина перестала перебегать с места на место. Она остановилась на краю ковра, и все свои тирады теперь выдавала непосредственно в сторону приближавшейся Тамары. Тамаре же происходящее казалось странным, но не чрезмерно.

Новая реальность неумолимо втягивала ее в свой круговорот, и она уже не считала, что пребывает во сне.

Словесный пулемет зазывалы изжил осечку и застрочил вновь. Только теперь откровенно вразнобой, разными типами боеприпасов:

– Мы ребята озорные,

Мы ребята удалые!

Подходите без стеснения!

Билетов не надо – только ваше хорошее настроение!

Ведерки дубовые, коромысла расписные!

Покупайте, выбирайте!

И тот хорош и другой хорош – выбирай, который хошь!

И совсем уже упаднически, на выдохе:

– Торопитесь занять лучшие места!

Сам не займешь – соседу достанется!

Все! Зазывала выдохлась окончательно и, прижав руки к груди, замерла в тоскливом ожидании.

И она реально к чему-то прислушивалась. И при этом с все возраставшей надеждой смотрела на подходившую Тамару.

– Браво! – сказала Тамара, останавливаясь перед ней, и похлопала в ладоши. – Отличное представление! Мне понравилось!

– Правда? – вскинулась женщина. – Ой! – Она махнула рукой и, всхлипнув, по-простецки подхватила край фартука и вытерла им глаза.

Она была в фартуке! Тут Тамара – как вспышка в сознании! – узнала ее. Когда-то давно и один единственный раз она встречала эту женщину. То был лучший день ее жизни – так она теперь о нем вспоминала. Она тогда была в гостях у Сережи, в гарнизоне Сосновый бор, и там, на прогулке они ее встретили. Она ругалась с мальчишками, обижавшими ее сына. Такая самоотверженная... Да-да, она была в этом фартуке поверх ситцевого халата, и в этих же домашних шлепанцах на босу ногу.

Правда, выглядела женщина теперь сильно старше своего возраста, но, тем не менее, это бесспорно была она. Как же ее? Сына, помнится, звали, Теодор. Или Теодоро? А ее...

– Я вас знаю, – сказала Тома. – Мы встречались однажды. Вы Марута, верно?

– Я Шаболда, если что! – испуганно озирнувшись, запротестовала зазывала.

Точно, она была учительницей русского языка, отсюда, должно быть, и знание текстов. Мальчишки дразнили ее училкой и...