Капля одержимости

– Отстань, Валер, – отмахнулся я от старого приятеля. – Это только в плохом кино и паршивых книжках в мягкой обложке убийца сам вызывает полицию на место преступления. Особенно в такие гребеня и к трупу своего знакомого. И вообще, ты мне льстишь.

– Это чем? – с долей интереса спросил Валера.

– Предположением, что я способен разорвать пополам мужика в демонической трансформации, – пояснил я. – Если б его топором разрубили, тогда ещё туда-сюда. Но тут и патологоанатом не нужен, чтоб понять, что это не разрез, а разрыв.

– Тогда я пойду домой, что ли? – подняв голову от тела, ехидным тоном осведомился сухонький старикан-судмедэксперт. – И зачем только вызывали? Я только чаю заварил, брусничного. А тут и без меня всем всё ясно.

– Это не ко мне вопросы, Пал Сергеич, – выставил я открытые ладони в жесте «сдаюсь». – Я не вызывал, полномочий не имею. Это ваши протоколы. Но тут же правда всё ясно.

– Ясно, да пасмурно, – проворчал судмедэксперт. – Нижняя половина-то где?

– Нашли! Валерий Андреич, нашли! – раздался крик молодого патрульного из-за кустов.

Вскоре и он сам вывалился наружу, в перемазанной землёй форме. – Вон там ноги, чуток землёй присыпаны.

Я задумчиво покивал. Ну, так и думал. Соломонисту незачем утаскивать половину трупа одержимого. И сожрать не мог. А вот Слон... Ну, сожрать тоже не мог пока что, зубов-то нету. А вот прикопать, чтоб мясо протухло и разложилось, а потом он эту жижу ка-ак хоботком всосёт... Вот это да, это запросто. Так-то Слон довольно мирный для одержимого в последней стадии.

И за употреблением человечины раньше замечен не был. Даже дохлых зверушек, которых вот так прикапывал, не сам убивал. Ну, разве что мышей каких давил. Но раз такое дело, придётся провести с ним профилактическую беседу. И набить хлебало, а может и хобот сломать. Авось тогда ещё полгодика продержится в рамках допустимой общественной морали.

– Какой-нибудь одержимый бомж прикопал, – высказался я.

– Думаю, ты даже точно знаешь, какой, – мрачно отозвался Валера.

– Но это же не имеет значения?

– Не-а, – покачал головой я. – Мужика явно порвал соломонист.

Я воздел указательный палец, направив его в сторону гексаграммы на внутренней стороне эстакады.

– А с каких пор эти сектанты, последователи царя Соломона, по потолкам лазать стали? – озадачился Валера.

Я решил считать вопрос риторическим. И так ясно, что убийца одержимый. Но вот сектантами я бы соломонистов называть не стал.