Светлая тьма. Найдёныш

— словно жалуясь, сказал Димка. Потом понял, как это выглядело со стороны, и закопал себя ещё сильнее. — А нам запрещено.

— Вы ещё не прошли инициацию. Да и в академии вы будете обходиться без магии. И там могут попасться противники, которые лишены подобных ограничений. Кому в этом случае пойдёте жаловаться? Как на вас посмотрят другие ученики? Член старшей семьи убегает от опасности.

— Не убегаем, а совершаем тактическое отступление, с целью перегруппироваться и немного подумать, каким образом возможно победить противника.

— выдал я заученный текст. И ощутил на себе взгляды учителя Тацуи и Димки. Первый — недоумевающий, второй — восхищённый.

— Ты где этого нахватался? В Рюриковом Полку, или у армейцев, когда на прошлой неделе ездили разбираться с переводом того слуги?

— Оба раза мимо. — улыбнулся я.

Всё равно учитель Тацуя никогда не угадает. Это просто невозможно. Он же не знает никого из детского дома, а вот этот текст про тактическое отступление я выучил именно там, когда играли в войнушку.

Так всегда говорил Женька Артемьев. Он был старше меня на пять лет и в детский дом попал после того, как родители погибли на войне. Вот от него я этому и научился.

— В таком случае десять кругов по полигону и можете отправляться в раздевалку. У вас сегодня ещё есть занятия, и не забывайте, что в три часа приедет машина за Дмитрием. А за тобой, Виктор, в шесть.

— Как же, забудешь здесь, когда даже инструктор по рукопашному бою напоминает. — Буркнул Димка и рванул на свой первый круг.

Что-то совершенно незаметно, что он сильно устал. Вон, как втопил. Теперь нужно будет постараться, чтобы догнать. Я должен закончить первым. Отличная цель на ближайшие десять кругов.

Глава 12

— Не переживаешь из-за сегодняшнего вечера? — спросил Димка, когда мы уже были в раздевалке.

К этому времени Сапфир и Гранд ушли, а учитель Тацуя вообще никогда здесь не задерживается. Наверняка теперь отправился заниматься с бойцами Волка. Он и их взял тренировать. Скучно, наверное, с нами.

— А чего мне переживает? Встречусь с родственниками. Многих увижу впервые.

И это было правдой, даже для настоящего Виктора. Слишком редко вот так собирались абсолютно все родственники. В основном только самые близкие. И если собирались, то не по самым приятным поводам. Похороны, или реальная угроза войны с другой старшей семьёй.

Ещё сегодня мне, наконец, предстоит познакомиться с князем Апраксиным. До этого как-то совершенно не получалось.