Самый тёмный лес

Она вообще многое почерпнула от Нестора, как и остальные полукровки из пансионата. Для них он был спасителем, учителем и большим авторитетом.

— Осмотрим периметр, и будь внимательнее, — приказала девушка горе-напарнику. — Следует поговорить с каждым встречным лесным созданием, вдруг кто что-то видел. Убийца, кем бы он ни был, как-то выбрался из леса.

— Кем бы он ни был? — усмехнулся Хитромор, у которого в принципе наблюдалось только две реакции на происходящее – бурчание и усмешки. — Это был и есть человек, глупо в этом сомневаться.

Ограда говорит сама за себя.

— Не забегай вперед.

Он скептично фыркнул, но промолчал.

Вместе они обошли по кругу ограды, получилось почти пятнадцать километров и заняло много часов. К счастью, примерно на середине пути Хитромор по неизвестной причине воспрянул духом и резко увлекся процессом, перестал постоянно чесаться и чуть ли не с азартом вылавливал из кустов обитателей леса. Такого разнообразия существ Аня в жизни не видела и на каждого встречного взирала, точно на чудо.

И слушала их, точно песню. Дед-мховник с бородой из густого мха никого не видел, но разговаривал с добротой и охотой; Зазовка соблазнительно покачивала бедрами и пыталась заманить их глубже в лес, не распознав сразу в Хитроморе местного принца; Аука явился в виде голоса и рассказал, что звуки из огражденного периметра не доходят до остальной части леса, они отражаются и остаются внутри.

— А давно здесь эта ограда? — вмешалась Аня.

— Давненько, не слышно маленько.

— Насколько давненько?

— Разве ж упомнишь? Местечко укромно.

Сюда я редко захожу, когда по лесам хожу-брожу. Забрел давненько я сюда, едва не оглох, что для Аука, лесного духа, беда. Без слуха я, вестимо, ни туда, ни сюда.

И похожих бесед у них состоялось множество. Но никто, ничего, никого. И это ужасно странно. Лесные создания ведь не люди, в своей массе невнимательные и незаинтересованные в чужих жизнях существа. В лесу принято приглядывать, шептаться, передавать сплетни и перемалывать их, пока не появятся новости поинтереснее.

И как так получилось, что никто не заметил убийцу? И ладно убийцу, но манипуляции с оградой? Это же не один день работы. Странно, очень странно.

— Опять мутные чары? — предположил Хитромор. При этом он с подозрением смотрел на Аню.

— А что же еще?

— Не нравится мне это, — и опять этот взгляд, словно не нравилась ему сама Аня. Что, конечно, так и есть, но к убийству она уж точно непричастна. А Хитромор зыркал так, точно готов был все грехи на нее навесить.