Сети лжи. Часть 2

Теперь, много размышляя, Аня осознала это вполне. Возможно, Тину обидела её отстранённость, зацикленность на своей новой жизни. Но разве реально было осилить наряду с постоянными представлениями для Ники регулярные спектакли для будущей дочери? Волей-неволей Аня ограничила их общение.

Вот и закономерные плоды.

Полтора года в Королевстве драконов выкорчевали её из всех сфер привычной реальности. И если для Ани даже леди Азалитта стала ближе Тины, справедливо ли обижаться на ту за холодность?..

Запиликал передатчик.

Зеркало отразило раскрасневшееся лицо Ники, полное бьющего через края негодования. «Давненько такого не было», – с долей интереса подумала Аня.

– Где ты?! – почти выкрикнул он.

– Дома, – удивилась предводительница Лунных воинов.

– Одна?!

– Что?.. Что случилось?

– С кем ты только что разговаривала, Аня?

– Я курю на террасе. Ну, с Суффиксом разговаривала недавно, он хочет курицу жарить, но Стася тыняется всюду… К чему ты клонишь?

– Я тебе звонил. По телефону.

– И? – подняла брови принцесса Авелилона.

– Там было занято? Но почему тебя это так удивило?

– Нет, там не было занято! Трубку снял твой брат.

– Стас?

– У тебя так много братьев?! – рявкнул Ника. – Стас сказал, что ты сейчас занята и не можешь говорить, потому что обнимаешься со своим бывшим!

Аню обуяла страшная досада.

– И какие же ты сделал выводы? – ледяным тоном осведомилась она.

– Я… – Ника вдруг стушевался.

– Ну же! Что? Что ты возомнил? Что мой тупоумный братец, падкий на дебильные выходки, назвал моим бывшим… кого, Ника? Надо полагать, не воздыхателя Бантик.

Кого? Принца драконов?

– Я… прости, я не подумал… не подумал, что он не зна…

– Прекрасно! Кого не знает, дорогой? То есть если бы Стас знал принца драконов, – она намеренно не произносила имени, слишком больно, – то ты вполне бы допустил, что я тут обнимаюсь с похитившим меня врагом у всех на виду?!

– П-прости… Я погорячился.

– Всего хорошего!

Аня захлопнула крышечку передатчика и убрала звук.

Они ссорились чаще, чем раньше.

Летом принцесса Авелилона вела себя прилежно, а Ника чувствовал вину. Теперь он ощущал её отчаяние и невысказанное отвращение. Недоумевал и злился. Делая лишь хуже.

Примириться с судьбой не получалось. Видеть в Нике позитивные качества было выше её сил. Она отдавала себе полный отчёт, что несправедлива. И бесилась ещё больше. А он всё равно оставался в этом виноват. Сколько ни убеждай себя в обратном.

На глаза навернулись слёзы.