Ковчег земноводных

— Да, я бунтарка, но опереться как раз и можно только на то, что сопротивляется, а не на послушненькую размазню! Сейчас, минуточку, — она потянулась за зазвонившим телефоном.

— Я в универе! Всё, мы поступили! — радостно вопил в трубку Олег. — У тебя как раз проходной, только что приказ о зачислении вывесили! Слышишь? Мы – поступили!

[1] Стихи автора.

[2] Л. Ландау (1908–1968) – советский физик, разработавший теорию сверхтекучести.

Глава 7. В чертогах реки времён

Август – 30 сентября 2012

Что бы труд ни взрастил, что бы ум и талант ни создали –Государство придёт и наложит когтистую длань,А для самых везучих оно отчеканит медали,Бесполезною медью платя за кровавую дань.

Ю. Нестеренко

«Но если есть в кармане пачка сигарет, значит, всё не так уж плохо на сегодняшний день, и билет на самолёт с серебристым крылом, что, взлетая, оставляет земле лишь тень…»[1] — радостно напевала Ирина. Курить она не курила, но билеты на самолёт у них с Криллой действительно были, и в России их ждала отремонтированная и уже немного обжитая квартира в Серпухове.

Пока же они стояли в зале вылета, на время прощаясь с Эдуардо и его матерью.

— Приедешь ещё? — обнимала «внучку» тётя Рамона, искренне привязавшаяся к девочке. — Скучно тебе будет без нашего солнца!

— Хоть завтра, — прошептала Крилла. — И ты к нам можешь.

— Да ты на всё лето приезжай, что мы прятаться должны? — тётя Рамона чуть отошла назад и в последний раз окинула девочку взглядом. — Красавица наша…

— Мама, уже регистрация идёт, — напомнил Эдуардо, тихо разговаривавший рядом с Ириной – поскольку они изображали давно расставшихся любовников, плакать и обниматься им не приходилось.

— Ну что, Каролина, до скорого! Не забывай Мексику!

— Папа, а ты приедешь в Россию? — нарочито громко спросила девочка.

— Конечно, как только дела отпустят. Идём, — Эдуардо подхватил чемодан и повёл Ирину и Криллу к стойке регистрации.

* * *

— Фиса, поздравляю! — улыбнулась Мария Михайловна. — Вы теперь все поступили?

— Ну да, и Матвей тоже, — начавшая успокаиваться Анфиса села за стол, на котором было сервировано не слишком роскошное угощение.

— Со мной и с Дианой, правда, до последнего непонятно было – у меня же с русским не очень, а у неё с химией.

— К своим-то не зайдёшь, чтобы тоже поздравили?

— Не оценят, — досадливо отмахнулась девушка. — Только костюм будут разглядывать и туфли, а оно мне надо, чтобы завидовали? Я к ним вообще больше не захожу – прогнали так прогнали.