Свой выбор

Из-за постоянного контакта с испарениями волосы Северуса круглый год выглядели жирными и грязными, но мало кто знал, что зельевар, в немалой степени из-за собственной работы, был патологическим чистюлей. Он не мог уснуть, не приняв душ. Он мыл руки после варки зелий так тщательно, что лишь по чуть желтоватому цвету ногтей удалось бы опознать род его деятельности. Не мог спать на одном и том же белье более трех дней. А уж одежду менял полностью каждый день, пусть одна его черная мантия ничем не отличалась от другой.

«Сон, мне приснился странный сон…» — сообразил Снейп.

Болезненно застонав, мужчина поднялся и вновь направился в гостиную. Там он устроился у камина с бокалом бренди. Прикрыв глаза, зельевар попытался припомнить детали, но они постоянно ускользали. Сосредоточившись, менталист скользнул в собственную память, точно зная, что сумеет отыскать неясное видение.

Это был дом. Его собственный дом, но тех времен, когда Северус еще не переделал его под собственные нужды.

Строение и сейчас оставалось убогой лачугой в два этажа. Но тогда на первом еще не было библиотеки, в которую зельевар превратил крохотную гостиную, а кухонная мебель еще не рассохлась, не пожелтели от времени старые дверцы, покрытые неровными слоями белой краски.

Но и тогда для семьи Снейп это крохотный дом — кухня, гостиная, санузел, две крошечные спальни наверху — был верхом роскоши. Мать не работала, но и вести хозяйство не умела, отец с утра и до ночи торчал на фабрике, а после шатался по серому городку под серым небом в компании своих бесцветных приятелей, ища местечко, чтобы в очередной раз напиться дешевого вина.

Если он возвращался до того, как мать загоняла Северуса в кровать, будущий зельевар с болью и отвращением наблюдал за тем, как Тобиас Снейп переползает порог и с рычанием устремляется к креслу в гостиной. Если же отец добирался до дома позже, то мальчик в страхе замирал на своей узкой жесткой кровати под комковатым одеялом — крики отца и плач матери пугали его гораздо больше, когда он не видел происходящего.

В своем сне Северус видел один из таких вечеров. В крохотной спальне, больше похожей на бывшую кладовку, места хватало лишь на кровать, стол и стул у окна, но мальчик жалел лишь о том, что некуда пристроить еще больше книг, и так занимавших и столешницу, и подоконник, и место под кроватью рядом с сундуком, где юный Снейп держал свою немногочисленную одежду.