Вы ещё живы, Такаяма-сан?!

Выжимая из нового тела всё, что мог, я прибавил ходу, едва касаясь подошвами асфальта. И, о чудо, мне удалось бежать ещё быстрее!

И то ли немного умения замедлять время у меня всё-таки осталось, то ли вселенная пошла мне навстречу, но в какой-то момент показалось, что машина, пробившая шины и ушедшая в занос, двигается медленно-медленно… А обаятельная японка с маленьким сынишкой лет пяти-шести и вовсе почти стоит на месте. Ещё я видел лица своих коллег, глаза которых по мере того, как они отслеживали траекторию автомобиля, раскрывались всё шире и шире.

Пять. Я прикинул, что примерно столько секунд у меня оставалось. И рванулся изо всех оставшихся сил.

Четыре. Молодая мама наконец-то поняла, что полторы тонны неуправляемого металла несутся прямо на них. Но вместо того, чтобы отскочить куда-нибудь в сторону, она закрыла собой сына, как будто это могло чем-то ему помочь.

Три. Я вытянул вперёд руки, чтобы оттолкнуть их прочь. Да, скорее всего, это причинит им боль, возможно, оставит синяки или даже переломы, но всё-таки это будет несравнимо с тем, что произойдёт в противном случае.

Два. Наконец-то видно водителя. Его лицо белое, точно мел, а голова болтается, словно у тряпичной куклы. Мои первоначальные подозрения оказались верны: сидящего за рулём хватил удар. Но сейчас моя забота не он, а вот эти двое прямо передо мной.

Один. Для того, чтобы толкнуть ребёнка, мне пришлось пригнуться, и из-за этого я терял возможность двигаться дальше с той же скоростью, что, вероятно, грозило мне самому травмами и увечьями.

Ноль. В самый последний момент, когда мне казалось, что катастрофа в том или ином виде неизбежна… что-то случилось. Корпус автомобиля в неконтролируемом заносе повернулся так, что дал мне необходимую секунду, которой мне не хватало.

Я не толкнул пешеходов. Схватив их в охапку и пользуясь собственной инерцией, пролетел над землёй добрых метра три, прижав обоих к груди. В воздухе перевернулся так, что и мать, и сын оказались сверху.

Удар, пришедшийся по большей части на лопатки, оказался легче, чем мог бы быть. Видимо, неосознанно я выбрал участок с газоном и умудрился миновать бордюры, столбики, обозначающие пешеходный переход и прочие возможные препятствия.

Звук, ворвавшийся в уши и едва не разорвавший барабанные перепонки, заставил снова сгруппироваться.