Детектив: Чёрный человек (загадочные расследования в 19 веке)

Разве что он позаботился об этом прежде, чем полоснуть себя по горлу… Да, это вполне могло быть. 

- Что с тобой, Петруша? – спросила жена, глядя на Инсарова. – От кого письмецо?

- Это по службе. 

- А почему не подписано? – Маша прищурилась и вдруг быстро протянула руку. – Ну-ка, дай поглядеть!

Инсаров спорить не стал: знал, что только хуже будет. Машина ревность не знала границ. Он протянул супруге письмо.

Жена пробежала его глазами и, хмыкнув, бросила на стол. 

- Ничего интересного, - сказал она.

В общем-то, Маша была права: профессора казнили накануне, и в его признании необходимости не было. Однако Инсаров представил, как кладёт перед начальством – а конкретно, перед Фомой Лукичом – собственною рукою писанное признание Сытникова. Это докажет уже не столько вину профессора, сколько то, что Инсаров изначально был прав.

Пётр Дмитриевич записку подобрал и аккуратно в конверт положил. Конечно, он съездит к Сытникову домой и тайник отыщет. Но сперва надобно узнать у Зинаиды Григорьевны, кто принёс письмецо.

Вопрос это разрешился вскоре после завтрака. Инсаров застал квартирную хозяйку на лестнице. Она расставляла на подоконниках комнатные цветы. Расправляла и протирала влажной тряпкой листья. Лет ей было около шестидесяти, но она не утратила ни здоровый цвет лица, ни осанку. Не раз уже Петру Дмитриевичу приходило в голову, что в молодости она слыла, вероятно, весьма привлекательной особой. 

- Зинаида Григорьевна, кто принёс мне письмо без подписи, не припомните? – спросил он.

- А студент какой-то, - полуобернувшись, отозвалась та. – Худой такой, в сером сюртуке. Передайте, говорит, прямо в руки. Ну, я и обещалась. Правда, будить вас не стала, а на столик положила, что возле двери. К прочей корреспонденции.

- А вы студента этого хорошо разглядели?

- Да нет. Чего на него, чёрта волосатого, глядеть-то?

- Значит, с длинными волосами был?

- А кто ж из них нынче выглядит по-другому? – усмехнулась Зинаида Григорьевна. 

- Больше он ничего не сказал? Он кого письмо, например.

- Нет, Пётр Дмитриевич. Сунул мне конверт в руки, да и был таков. Торопился очень. 

- Давно это было?

- Да часа с два поди. А может, и меньше. Я не глядела.  

Инсаров вернулся в квартиру и несколько раз прошёлся по комнате. Жена выговаривала Олежке в соседней: до полицейского доносились их приглушённые голоса. 

Хорошо бы узнать, что за студент был у профессора на посылках. Впрочем, на факультете, наверное, ему скажут.