Темная история. Сказки для призрака. Книга 3.

Зрелище это гипнотизировало. И было в нём что-то жуткое. Наверное, сходство с его Отцом-Архангелом. С той Его ипостасью, в коей Он уподобил Себя человеку.

Я медленно приблизился. Мигель даже не взглянул на меня. Его взор был таким же холодным и неподвижным, как окружавшие нас зеркала: молчаливый конвой запертых в камне отблесков.

Двигаясь плавно, склонившись притом корпусом вперёд, я потянулся к медальону. Надо его забрать. И тут Михаил обернулся, проговорив тихо: «Я ведь здесь уже был. Раньше». Я замер. В этих словах сквозила такая пробирающая мука, что горло мигом сжал спазм.

Эдем. Город ангелов. Его город.

Я распрямился, решив пока с медальоном повременить. А Мигель продолжил: «Вот и всё, что от него осталось», – с этими словами он поглядел на свой перстень. Теперь глубоко вздохнул уже я. Камень в кольце был зачарован так, что даже и я сам не сообразил, из чего он взаправду сделан. Теперь всё вставало на свои места.

«Нам.. надо идти…» – нехотя выговорил я, чувствуя как угрюмо таращатся на нас многочисленные пустые зеркала.

Окна без занавесок. Зеркала без отражений. Ими, этими самыми отражениями, они и хотели сделать нас: поглотить, растворить в чёрном камне.

В очередной раз мне почудилось смутное движенье по сторонам, и я нервно огляделся.

«Здесь никого нет, – ровно отозвался Михаил. – Только ангел может войти в Эдем. Для остальных он недоступен».

«Но это не Эдем, – усомнился я. – Просто его проекция в Зазеркалье. Оттиск. Отсвет».

В ответ ещё один вздох. Сколько в нём было тоски.

Безбрежной, бескрайней.

«Его уже не вернуть, – мягко проговорил я. – Но мы-то ещё.. живы. И.. у нас есть дела».

Я вдруг понял, почему мы оказались здесь, а не где-то ещё. Зазеркалье питается эмоциями: для Бахамута наши желанья и страсти, надежды и горести – просто планктон. Пищевой субстрат. А самая сильная привязанность Мигеля – Ирем. Он же Эдем. Потерянный Рай. Медальон расщепил пространство, а вектором стала эта вот болезненная привязанность к минувшему, к утраченному. Я внезапно осознал, что я сам точно такой же.

Любой ценой хотел вернуться в Обитель. И никак не мог принять того факта, что её больше нет, сколько бы подсказок не сыпалось мне на темечко колючими сосульками.

«Отдай мне медальон, – тихо проговорил я. – Эдем он уже не вернёт».

«Отчего же?» – Мигель вновь посмотрел на меня. От его взгляда я поёжился и отступил на шаг. Я знал этот взгляд слишком уж хорошо. Взгляд того, кто готов пойти на всё. Идти до конца. Ни о чём не жалеть. Ни о ком.