Темная история. Сказки для призрака. Книга 3.

Взгляд Его Отца.

«Прошу тебя, – невольно перешёл я на шёпот. – Не будь таким, как Он…»

«А разве вы знаете доподлинно, каким Он был?» – впервые в обращенье ко мне молодого мага чувствовалась враждебность. Я супротив воли отступил ещё на шаг, а он поднялся с подножия обелиска.

«Разве вы знаете, чего Он хотел? – голубые глаза сверкали как льдинки. И обжигали холодом. – Вы.. просто.. Его инструмент. Отмычка, не более. Не переоценивайте себя. И не вам Его судить! Вы свою задачу выполнили и будет».

Я стоял, открыв рот.

Я и думать не мог, что он.. Михаил.. может быть таким.. жестоким.

«Когда ставишь на тёмную лошадку, нечего потом сопли на кулак мотать! Я тебя, балду, предупреждал, не раз и не два!» – донеслось у меня из-за спины. Я судорожно обернулся.

Позади стоял Азраил, небрежно прислонившись к колонне, будто бы сотканной из тел сплетающихся змей, одной их тех, что опоясывали периметр зала. Насмешливо скрестив руки на груди, он то и дело переводил взгляд с меня на Мигеля. И было ясно, что оба мы ему не слишком-то симпатичны.

«Слышь, пацан, это ты себя не переоценивай, – ядовито-зло бросил он. – Давай сюда побрякушку – она моя! Зря я что ли так надрывался ради этой цацки? Живо!»

Но Михаил не двинулся с места и лишь слегка приподнял подбородок.

Видя такое, Азраил многозначительно поглядел на собственные когти, нарочито растопырив притом пальцы.

«Ну раз до папаши твоего мне покамест не добраться, – протянул он, не мигая уставившись на молодого мага. – Начну с мáлого.

То есть с малóго». И, отстранившись от камня, он сделал шаг вперёд. Однако я заступил ему дорогу.

«Ох, балда, – покачал головой двойник, хищно усмехнувшись. – Огребёшь! Зазеркалье шансы уравнивает, знаешь ли – у тебя есть тело, и у меня есть, видишь? А вот мозги похоже достались только одному из нас».

Не разглагольствуя дольше, он с проворностью кобры прыгнул вперёд.

Глава 14. Шантажист.

Мы сцепились и повалились на пол. Первые несколько мгновений мы просто катались кубарем из стороны в сторону, как осатаневшие коты, не поделившие территорию.

Меня несколько раз с силой приложили затылком и бессовестно пырнули в плечо и в бок. Я нехотя ответил тем же. А потом понял и понял вполне, что всерьёз уступаю Азраилу: жалеть меня он не думал даже и, улучив момент, подло полоснул когтями по лицу. Эфир тотчас залил глаз серебром, и мир заискрился, будто морозное оконце, изукрашенное инеем. Но мне было не до сомнительных красот.