Темная история. Сказки для призрака. Книга 3.

Я виновато развёл руками, почесал за ухом, оскалился в подобие дружелюбной ухмылки. Ухмылки вообще бывают дружелюбными, нет? Ай, да наплевать!

Пограничник раздумчиво изучал меня. Он был завёрнут в тёмную хламиду с багровой росписью, а навскидку казалось, что на чёрный мусорный мешок наотмашь плеснули красной гуашью, и она растеклась как попало. Ну такая себе высокая мода: могли б униформу-то продумать получше. Дизайнера хоть нанять. Но нет же: погранцы никогда с такими изысками не заморачивались.

Эх, братец, это сколько же у тебя там рук припрятано, а? – про себя приценился я к волнообразным колебаньям просторной ткани.

– А у меня только две, нечестно!

Похоже всё-таки морду будут бить мне, – соотнёс я наши с погранцом текущие возможности. И от этой упаднической мыслишки стало как-то тоскливо.

Вдруг сквозь узенькую ротовую щель маски до меня донеслось какое-то неразборчивое шипение.

Нет, ну он мне ещё свод законов Зазеркалья зачитывать будет?! Перед тем как отмудохать?! Совсем обурел?!

Незаметно для себя самого я пришёл в бешенство.

Терпеть не могу все эти нравоученья и наставления! В задницу идите, такие-то умники! Ангела критиковать вздумали?!

Из монотонного шипенья я разобрал только «нарушил границы», «переход черты без дозволения» и чего-то там ещё мне напредъявляли – я уже и разбираться не стал. Внутри кипела ярость. Однако вдарить первым я на сей раз не успел: это вам не отмороженный недотёпа Арим. Пограничник был куда сообразительней в плане бойни без правил. И он себя незамедлительно показал.

Увеличившись ростом вдвое, пограничник навис надо мной, а после из-под этой-то грязной хламиды чёрным скопищем хлынули щупальца. Реально хлынули, потому как их было сто-олько!..

И весь этот клубок громадных скользких пиявок с костяными наростами рванул ко мне. Наспех высказав наболевшее, я принялся отбиваться руками и ногами. Главное, не навернуться в топь! А то там и останусь. В кишках тиментала на пмж. Нет, спасибо, о такой прописке, пускай и задарма, я вас не просил!

Я живенько отсёк пачку уродливых конечностей, но они нарастали скопом буквально материализуясь из дыма, струящегося из-под балахона погранца.

Щупальца эти, кроме того, были снабжены острыми как края циркулярки, зазубринами, которые проворачивались, стоило зацепиться за них, но меня мой противник пока что не ранил: зубья скользили по коже и по чешуе, и соскальзывали. Это вам не ключ божий, а-ха-ха! – взбодрился я, воспрянув духом, и захохотал.