Мистраж: Северный ветер

– Это моя мама, Элла Васильевна, – представил ее Виктор. – Или просто пани Элла. Мам, вот Снежана Волчек…

– …и пани Дымша, – важно назвала себя Данута, выглядывая из-за зелено-красных листьев.

– Приятно познакомиться, – расплылась в улыбке Элла Васильевна. – Проходите, проходите! Пани Дымша, позвольте ваш… эм-м.. букет.

Квартира Виктора, которая раньше казалась Снежане старомодной антикварной лавкой, теперь предстала в совершенно другом свете. На ум сразу же пришла поговорка «Мой дом – моя крепость». Обстановка была с тех времен, когда все делалось на века и на совесть: двери из настоящего дерева, приземистые столы и кресла с толстыми ножками, пейзажи в тяжелых рамах, хрустальные вазы размером и весом с гирю… Это заземляло и успокаивало, внушало ощущение надежности.

Понимал это Виктор или нет, но он был прав: лучше уж здесь, чем в казенном, безликом, чопорно-равнодушном Муниципалитете.

И, конечно, Элла Васильевна – она являлась главным, самым ярким мазком в этой картине. Снежана даже не думала, что еще бывают такие мамы: полногрудые, розовощекие, пахнущие выпечкой богини домашнего очага.

– Сюда, не стесняйтесь, – суетилась пани Элла. – Вот ваша комната, я уже разложила диван. Белье, полотенца – все есть. Вы голодные?

Снежана вряд ли сейчас смогла бы проглотить хоть крошку и потому помотала головой. Сестра тоже закрыла рот ладонями – в знак того, что никому не удастся пропихнуть мимо ее пальчиков ложку или вилку.

– Ах, конечно, – не стала спорить Элла Васильевна. – Какой тут может быть аппетит! Но вот горячий чай просто необходим.

Ромашка, мята и липа с малиновым медом. После него можно будет и поспать.

– А я знаю, кто вы, – оживилась Данута. – Вы – Тетушка Медовый Лист! Нам в садике про вас сказки читали. Вы любите гостей и угощаете всех чаем с конфетами.

– Похоже, это действительно обо мне!

– А самовар у вас есть? А щипчики для сахара?..

– Найдем, – не растерялась пани Элла и подмигнула.

Виктор смущенно мерял шагами прихожую.

– Меня ждут в Муниципалитете, – сказал он.

– Но если я могу остаться и чем-нибудь помочь…

– Чем? – Снежана не хотела, чтобы ее голос звучал холодно, но получилось именно так.

– Витя, – вмешалась Элла Васильевна. – Сейчас от тебя не будет никакой пользы. Ты слишком волнуешься. А когда ты начинаешь волноваться, то ходишь кругами по дому и громко топаешь своими ногами. Помоги лучше Льву Андреевичу, он уже два раза мне звонил. Я сама напою чаем девочек, отведу их в ванную и потом уложу отдохнуть.