Мистраж: Северный ветер

При первой нашей встрече я чуть не пырснул со смеху – не так я себе его представлял… Невысокий кругленький человечек, с таким широким добродушным лицом – и это гроза ужасных верпов? Да меня разыгрывают! Не только я так думал, его даже полным именем в Логове редко называли, за глаза и в глаза говорили: пан Казик. Но потом я понял, что кроме имени есть еще фамилия. Коршак – значит коршун. Он действительно летел по следу, как хищная птица. Был мягким, добрым, но вместе с тем до жути опасным. Пан Казик, кстати, один из немногих разделял мои мысли по поводу верпов.

Он был прекрасным охотником, но не любил охоту. Я многому мечтал у него научиться. Но, к сожалению, не успел…

Виктор замолк; его пальцы безотчетно теребили шерсть на холке Вихря. Очевидно, псу это не очень нравилось, но он лежал с образцовым терпением и даже не шевелился.

– Что с ним случилось? – поинтересовалась Снежана, хотя уже догадывалась об ответе.

– Его убили, – Виктор с трудом проглотил комок в горле. – Не на задании, а прямо на улице.

Это случилось внезапно, обычно верпы так не поступают. Но пан Казик подобрался к одной стае слишком близко, и, как видно, они решили от него избавиться. Тогда же погиб и мой пес Тайфун, Тай. Я долго не хотел брать другого, но меня обязали и выдали Бурана. Вот почему я пока называю его Бруно – не хочу думать, что он не домашний любимец, а служебный пес, который может погибнуть при исполнении…

Снежана хотела сказать «мне жаль», но не смогла, хотя это нужно было произнести – хотя бы для приличия.

Однако слова впились изнутри когтями и никак не выходили наружу. Они, верпы… Виктор сказал не «группа» и не «банда», а «стая»… Все разговоры о «них», злодеях, зверях, чужаках, но ведь Снежана тоже чужая: находится здесь, и в то же время – за чертой. На нее вновь накатила удушливая волна одиночества и отвращения к себе самой.

– Странно, что после всего этого ты можешь общаться со мной, – ее голос прозвучал неожиданно грубо и даже враждебно.

Виктор поднял глаза.

– Ты убила пана Казика? – спросил он схожим тоном.

– Нет, – растерялась Снежана.

– Тогда зачем так говоришь?

– Большинство не разделяло бы. Не рассуждало бы, как ты.

– Легко быть большинством, – произнес Виктор неопределенно и уставился в окно.

По громкой связи объявили станцию: то ли Блошиная Гора, то ли Мышиная Нора – а может, ни то и ни другое. Наверное, в конкурсе машинистов был специальный приз за шепелявость. После стоянки проводница предложила кофе.