Дитя Меконга

Придерживая скутер, Тонг жмёт на кнопку и, дождавшись короткого «Слушаю», отзывается в ответ:

— Здравствуйте. Меня зовут Тонг, Кхун Нок просил меня...

Ворота начинают открываться, и он замолкает, отвлекаясь от динамика. Прямо напротив, сияя фарами, притормаживает авто. Разобрать точного цвета не получается даже когда машина подъезжает ещё ближе, заворачивая в ворота и... Внезапно останавливаясь на полпути.

Стекло со стороны заднего пассажирского сидения медленно ползёт вниз, открывая взгляду лицо Нока. Тот хмурится, окидывая Тонга недовольным взглядом, будто и не он предложил приехать, и даже номер попросил, чтобы скинуть адрес.

«Ну и чего вы так смотрите, Пи?»

Тонгу хочется поморщиться, но он сдерживается. Лишь ёжится, когда со спины налетает порыв ветра, пробирая промокшее тело холодом.

— Бери скутер и езжай следом! — громко, чётко, так чтобы Тонг наверняка услышал, требует Нок. — Давай!

Тонг только кивает, сжимая подмёрзшие пальцы на ручках и направляя скутер вслед за машиной.

Глава 7

Впереди возвышается двухэтажный дом из светлого камня. Именно к нему ведёт асфальтированная дорожка, по которой Тонг катит свой скутер вслед за машиной Тонга. И так же следом сворачивает в сторону, объезжая пышно цветущий куст и оказываясь на крытом пятачке, где рядом с уже припаркованной машиной стоит Нок.

— Ты похож на мокрого щенка, — улыбаясь одними уголками губ, замечает Нок, когда Тонг, припарковав скутер рядом, снимает шлем.

Ладонь ложится на макушку, ероша волосы так неожиданно, что Тонг на мгновение теряется, замирая каменным изваянием, лишь пальцы сильнее сжимаются на влажных боках шлема.

От ладони на макушке идёт тепло, показывая Тонгу, насколько же он подмёрз под хлещущим за границами этого временного укрытия дождём.

— Прости, Нонг!

Нок отдёргивает руку, будто ошпарившись, и виновато улыбается, отступая на шаг.

— Всё в порядке, Пи.

Отведя взгляд, Тонг вешает шлем на ручку скутера и, выдернув ключи из замка, прячет их к мобильнику в поясную сумку — единственное, что осталось на нём более-менее сухим. Одежда же мокрая настолько, что её хочется выжать.

— Идём, Нонг. Нечего тут стоять.

Ветер, будто боясь, что Тонг останется здесь, подгоняет, толкая упругой, сильной волной в спину и в мокрой одежде становится ещё холодней, да так, что тело пробирает дрожью.