Время, беги!

- на твердый вопрос Малыша Лум не сразу и сообразил, что ответить. – Крикнешь или… можешь меня поискать. 

В который раз он пожалел о том, что Мнемо с собой не взять. Ну, что за глупость! Что им, бумажными самолетиками перебрасываться?… В холле повисло молчание. Надо было как-то договориться, но на ум ничего никому не шло.

- В потоке сообщим, - прохрипел Гвоздь, - вы чего. Давайте уже пойдем скорее, время дорого.

- Подожди, - Лум смотрел на Гвоздя во все глаза, - о чем это ты? 

- Дружище, не тормози больше обязательного, - пробурчал Гвоздь, уже явно раздраженный.

– Все знают, что в потоке можно оставлять пометки, а уж тем, кто ходил столько, сколько ты… Что, серьезно никто не знает? Народ? 

Малыш и Лест яростно замотали головами, да и по остальным было понятно – первый раз слышали. Гвоздь, тяжко вздохнув, принялся все объяснять в деталях, потом потренировались – Лесту, виновато разведшему руками, Лум отдал свой старый синхро из рюкзака. Наконец, со всей подготовкой было покончено. Пора было двигаться – если хотите успеть до рассвета, хмуро уточнил Гвоздь.

Лум даже рассмеялся. Море времени еще. 

Поддернул сумку через плечо и пошел вперед. На лицо сама собой лезла улыбка.

Сначала ему показалось, что коридор он себе взял самый скучный – ну, ведь сам застрял у рамки, ладно еще, девчонка эта выручила, не пришлось перед всеми дурак дураком стоять. 

Кабинетики с креслами для посетителей, ответвления. Снова кабинетики. Лум вздрогнул, когда заглянул в первый – закрой глаза, и здесь появятся помолодевшая мама и та девушка, с которой она говорила… говорила об их семейных тайнах, да.

О которых он сам не знал пока ничего. Но потом, дверь за дверью, комната за комнатой, всплески чувств смешались, притупились. Поругав себя еще немного, Лум скоро понял, что попал сюда все-таки не зря. 

Конечно, это было не то, что они искали. Не пульт управления временем, не здоровенная кнопка, вернувшая бы все на свои места. Но – любопытно. 

В комнате за последней дверью скрывалось внушительное, закрученное спиралью стен пространство, где на узких полочках были разложены детали.

Не все из них могли сиять в тонких лучах подсветки, но Лум чувствовал себя так, будто смотрит на звезды. 

Вот первый хронотип – длинная нога без всякой стрелки. Этот не стоял ни в чьем доме – опытный образец, не проработавший ни дня за стенами лаборатории. Да и был тут один остов – беззащитный. Но именно с него все и началось, пошло все, что было теперь.