Огонь сильнее мрака

Ох, не в последний это раз мне записочку подбросили...

– В общем, так, Баз, – сказал он. – Парень ты, конечно, резвый. Решил и денег срубить, и на сыщике-ублюдке отыграться. Да только я, видишь, проворней оказался. Теперь слушай и не пропусти ничего. Жить – пока живи, мразь поганая. Но, если кто-нибудь про меня узнает – хоть одна душа, хоть шлюхе в борделе проболтаешься – приду и убью. Терять мне нечего, ублюдкам в Дуббинге места нет. Так что помирать будешь долго. Всё ясно?

Клифорт покряхтывал, кашлял, напряженно вертел головой.

Джон помнил этот жест – тогда, «У Тилли», сидя за столиком и озираясь, Баз точно так же дергал шеей. Словно вода затекла за шиворот.

– Ясно, – буркнул горбун. – Браслеты сними...

– Обойдёшься, – сказал Джон. – Пошли, – бросил он Джил и шагнул в коридор. Там его ждал сюрприз: из боковой двери – был в этой халупе, оказывается, ещё один закуток – торчала седая всклокоченная голова.

– Баззи? – шепеляво позвала голова. – У тебя кто, Баззи? Ты кого привел? А?

Она уставилась на Джона невидящими глазами.

Закуток, откуда она высунулась, источал миазмы.

Клифорт, оставшийся в задней комнате, сипло застонал.

– Браслеты! – взвизгнул он. – Браслеты снимите! Эй!.. Д... Джон! Барышня!

– Баззи?! – заволновалась голова. – У тебя опять гости, что ли? Ась? Опять нажрался, подлюка? Я т-тебе сейчас...

– Идите спать, мамаша! – с мукой закричал Клифорт. – Джон! Браслеты сними!! Как человека прошу! Ключи хоть дай, сука-вошь!

– Я тебя, засранец, научу кого попало водить! – пообещала голова.

– Слышь, Баззи! А ну иди сюда!

– Браслеты! – кричал Клифорт. Джон сжал зубы.

– Дай ключ, – сказал он тихо. Джил вложила ему в ладонь ключи от наручников. Джон вернулся к горбуну и освободил его. Клифорт проворно слез с кровати и, вертя головой, захромал к матери.

– Опять! – донесся его голос из закутка. – Обделалась опять! Ну что за херня, мамаша! Сколько можно!

– Баззи! Ты кого привел!

– Лежите, мамаша! Говно ваше убирать буду! Лежите уже!

– Баззи!

– Мамаша, сука-вошь!

– Баззи! Ты кого.

..

Миазмы усилились. Джон отдал наручники Джил.

– Пойдем, что ли, – буркнул он. Джил кивнула, спрятала наручники и, хрустя песком по немытому полу, ушла на лестницу. Джон воровато оглянулся. Из закутка неслись причитания Клифорта и вопли его мамаши. На полке уныло светилась керосиновая лампа с захватанным, треснутым стеклом. Со стен лоскутами свисали доисторические обои. Здесь больше некого было побеждать.

Выйдя, он плотно затворил дверь.