Огонь сильнее мрака

Туда-сюда сновали деловитые клерки, упакованные в чёрные одинаковые костюмы.

Пройдя очередным тоскливо-зеленым коридором, Мэллори свернул на лестничную площадку и вызвал лифт. Огромная кабина понесла их вниз, да так резво, что пол ушел из-под ног, и засосало под ложечкой. Секунд через десять с рокочущим скрежетом лифт остановился. Они вышли.

Здесь было светло и просторно. Яркий газовый свет заливал большую полукруглую комнату с множеством дверей, на которых вместо ручек красовались массивные вентили. Посреди комнаты за конторкой сидел крошечный старичок с пёрышком седых волос на темени.

При виде Мэллори он вскочил и вытянулся по струнке. Канцлер небрежно кивнул ему и сказал:

– Мы в четвертый зал, Гудлав.

– Как изволите, – сладко заулыбался старичок, не решаясь опуститься на место.

Мэллори прошествовал к одной из дверей, налег на вентиль, с натугой повернул. Раздалось тихое шипение, металлическая плита подалась внутрь и в сторону.

– А теперь – ключи, – пропыхтел канцлер. – Запасные принес.

..

Двумя пальцами он выловил из кармана связку диковинных черных цилиндриков, на чьих гладких блестящих боках посверкивали крохотные искры. Мэллори стал по очереди вкладывать ключи в незаметное отверстие под вентилем, надавливал, утапливая до отказа. Вдруг что-то звонко щелкнуло, и дверь исчезла. Джон отступил на шаг от неожиданности. Перед ним зиял узкий темный ход, из которого дул странно пахнувший сквозняк.

– Прошу, – сказал Мэллори и протиснулся в открывшийся коридор.

Джон последовал за ним. Огромным туловом канцлер загораживал весь проход, тяжелое дыхание эхом отражалось от стен – звук был, как в бочке. Потом коридор закончился, Мэллори посторонился, освобождая Джону путь. Джон шагнул вперед и на мгновение застыл.

Далеко впереди тянулись ряды высоченных, до потолка шкафов со множеством нумерованных ящиков. Это место походило на камеру хранения большого вокзала – очень большого. Сверху лился слабый, тусклый свет: неясно было, откуда он здесь, под землёй, и его было слишком мало, чтобы рассеять темноту огромного хранилища.

Мэллори побрёл вперед, трогая ящики, и Джон зашагал следом, глядя по сторонам.

Он видел много странного. Странным был ящик номер восемнадцать: серая краска на дверце съёжилась и почернела, обнажив пятнами ржавое железо, словно изнутри бушевал огонь. Дверцы соседних шкафов при этом выглядели нормально. Странным казался и номер сорок четвертый, покрытый тонкой слюдяной пленкой инея.