Печать Ворона

 

— Что с теми козлами? — спросил Дима.

— Менты приехали, они и свалили, — соврал Иван. — Кто еще мог ходить. 

         Удав слабо, но довольно усмехнулся:

— Будут знать, — проговорил он.

— Будут, — повторил за ним Иван. Да, они получили урок. Хотя урок — это когда в человеке что-то меняется, а что измениться у трупа? Ивану было худо, когда он думал об этом. Он не хотел убивать, он защищался! Но помнил, что вид распятого в небе Руслана доставил ему неизгладимое, сравнимое с оргазмом, удовольствие.

«Что со мной? Я становлюсь другим, — думал Иван, сидя у постели друга. — Но это было справедливо! Ведь справедливо?»

— Кстати, менты и ко мне приходили, — сказал Дима.

— И что? — Иван похолодел, представляя, что будет, если менты выйдут на него, начнутся допросы, и он сорвется? Или, того хуже, арестуют? 

— Я им лапши навешал. Сказал, что тебя не знаю, познакомились у ларьков. И что эти хорьки тебя первого загасили. Так что ты здесь не светись, понял, а то менты говорили: там труп.

.. Не знаю, как такое случилось. Не ты же его убил? 

— Так они на тебя не подумают? — обеспокоено спросил Иван, уходя от прямого ответа. 

— Нет. Скорую кто-то вызвал, меня первого нашли без сознания, а потом труп. Не пойму, Ваня, нам что, кто-то помог и загасил их?   

— Да, — медленно проговорил Иван.

— Ты видел, кто это был? — с любопытством спросил Удав.

         Иван молчал. Как сказать правду? Он не хотел врать, но иначе не мог.

 

— Нет. 

— Ну, и ладно. Это и к лучшему. Ты иди, я полежу, подумаю. Знаешь, когда все время лежишь, столько мыслей в голову приходит! Не успеваешь думать. Кажется, за всю жизнь не думал столько... 

         Иван кивнул:

— Тогда я пойду. Спасибо, Димыч. Я твой должник.

— Фигня, Ванюха. Давай, пока.

         Иван пожал другу руку и вышел из палаты.

         Свобода и жизнь в удовольствие делали свое дело, драпируя прошлое спасительной пленкой однообразных дней.

Работа и повседневный быт затягивали крепко и навсегда, редким удальцам удавалось избежать участи миллионов. Армия и все, что с ней связано, забывалось, и крылатые покровители ушли в тень, не показываясь до времени. Но они всегда были рядом, ожидая приказа — Иван знал это абсолютно точно.

         Он сидел и пил пиво в полуподвальчике недалеко от дома.