Печать Ворона

 

         Похоже, они ей не понравились. Иван познакомился с мужиком — его звали Михаил Николаевич, или просто дядя Миша, а его жену Мария. Она требовала, чтобы Иван звал ее только так, на равных, без всяких там «теть». Первое время он смущался, она была едва ли старше матери, но потом привык.

         Мужик оказался хозяйственным. Мигом отремонтировал протекавший бачок и укрепил разболтавшийся цоколь под лампочку в коридоре. В конце концов, маме он понравился, а вот с Марией, чересчур вольготно чувствовавшей себя в местах общего пользования, она ссорилась не раз.

— Не обращай внимания, — говорил дядя Миша, когда Мария затевала на кухне очередные разборки, и под руку уводил парня в коридор. — Что б ты понимал в семейной жизни! 

         Закончив учебный год, Иван решил наведаться к бабушке в Подгородское. Уж очень интересно, как поживают друзья, которых не видел несколько лет. Какими они стали? Иван переписывался с Андрюхой, но чего там напишешь в письме? В сто раз лучше встретиться! Иван упрашивал мать, упирая на то, что он уже взрослый и не станет делать глупостей.

         Мама сопротивлялась недолго, махнула рукой и дала денег на дорогу. Вообще-то Иван мог купить билет и на стипендию, но решил сэкономить: кто знает, какие там будут расходы.

         Конечно, он не забыл про Воронову Гать и, садясь в поезд, дал зарок ни в коем случае не ходить на болота.

Знакомые станции пролетали одна за другой, Иван читал книгу и думал, что в следующий раз приехать к бабушке не сможет. Оставался последний год учебы, за ним далекой тревожной громадой поднимался призрак советской армии. Через год призрак станет реальностью, от которой не скрыться и не убежать. Знакомые по двору парни, вернувшиеся из армии, рассказывали мало интересного, но предупреждали юнцов, чтобы готовились к жестокой встрече: армия не жаловала слюнтяев. Пожалуй, им и вспомнить-то было нечего, лишь редкие отпуска домой да потасовки, в которых «деды» 

«учили» молодых или выясняли отношения с "чурками".

 

         Бабушку предупредили телеграммой и, когда Иван приехал в Подгородское, его ждал стол, уставленный всевозможными вкусностями. 

— Худой-то какой стал, — приговаривала изрядно поседевшая бабушка. Морщин на ее лице прибавилось вдвое, но для Ивана бабушка осталась прежней, любимой и заботливой.