Печать Ворона

Иван бесцельно проводил их, шляясь по улицам и видеосалонам, помогавшим хоть на несколько часов забыть о надвигавшемся зле. В том, что армия зло, и там его не ждет ничего хорошего, Иван не сомневался. Два года, вычеркнутые из жизни. Мать что-то говорила про «настоящего мужчину» и тому подобную дребедень — Иван слушал ее с плохо скрываемым сарказмом: ей-то откуда знать?

         Однажды позвонил Кир.

— Ванюха, что делаешь?

— Да так, ничего, — Иван смотрел телевизор, где показывали какой-то не слишком интересный детектив.

— Слушай, у тебя ведь сегодня матери нет? — Кир прекрасно знал, что в последнее время мать Ивана часто гостила у разболевшейся тети. 

— Нет, а что? — Иван насторожился. Разбитной Кир был мастак на всякие выдумки, и с ним следовало держать ухо востро. Иван прекрасно помнил, как однажды тот неожиданно завалился к нему с большой компанией. Они принесли три трехлитровые банки разливного пива, вылили в кастрюлю и черпали в кружки поварешкой. Набухались неплохо, но веселье испортила мать, устроившая им разгром шведов под Полтавой.

Парни убежали, как угорелые, а ему отступать некуда. 

— У меня тут девчонки классные, — заговорщицки зашептал в трубку Кир. Иван действительно услышал девичьи голоса и веселый смех, — на Невском снял. Согласны в гости зайти! Ну, и все дела, врубаешься? В общем, мы идем к тебе, жди! 

— Погоди! — разволновался Иван. Он не особо любил сюрпризы, даже приятные. 

— Чего «погоди»! — яростно зашипел Кир.

— Не тормози! Одна тебе, одна мне, вина я тоже прихвачу! С тебя только хата и пожрать чего-нибудь.

         Иван посмотрел в окно: яркий солнечный день клонился к закату. «Вот еще один день. Сколько останется нам?» — к месту вспомнилась строчка из песни Цоя. Затем взгляд скользнул на сервант, где лежала повестка.

— Ладно, давай!

— Давать не я буду, — усмехнулся в трубку Кир. — Через полчасика подойдем.

         Кир заявился даже раньше, что было на него непохоже — он всюду постоянно опаздывал.

К тому времени Иван, как мог, наспех прибрал квартиру, нарезал колбасу, открыл банку со сладким перцем, закатанную на зиму мамой. Нашлось немного печенья и конфет. 

— Здорово! — едва открылась дверь, возгласил Кир. Как будто они только что не разговаривали по телефону.

— Здорово! — сказал Иван, как будто не видел его лет сто.

— Здравствуйте! — жеманно поздоровались девчонки.