Печать Ворона

Они и впрямь были симпатичные, примерно одного роста, чуть пониже Ивана, одна темненькая, другая шатенка. Они улыбались и хихикали, не сводя с Ивана оценивающих глаз.

— Это мой друг Иван, — сказал, ухмыляясь во весь рот, Кир. 

— Катя, — представилась шатенка. Она белозубо улыбалась и сразу произвела впечатление свойской девчонки.

— Оля, — сказала черненькая. Оля была чуть пониже и поплотнее.

         Иван усадил гостей на диван и включил старый черно-белый «Рекорд».

Кир демонстративно и торжественно поставил на журнальный столик две бутылки крепленого вина.

— Я сейчас стол накрою, — сказал Иван.

— Я помогу, — вызвался Кир. — Девчонки, смотрите пока телевизор.

         Они вышли в коридор и прошли на кухню.

— Катя моя, Оля твоя, — сказал Кир. — О-кей?

         Иван пожал плечами: ему, в общем, все равно, обе симпатичные.

— Хорошо, — сказал он, — бери хлеб и салат.

         Они еще несколько раз бегали на кухню за закуской, в стороне от девчонок обмениваясь мнениями и обговаривая подробности ночевки.

 

— Ребята, — закричала Катя, — ну хватит там шептаться! Это некрасиво! Идите сюда! 

— Вы тоже там можете пошептаться! — крикнул в ответ Кир и подмигнул Ивану.

         Время за вином и разговорами ни о чем пролетело быстро. Приближалась полночь. 

— Домой пора, — неуверенно проговорила Катя, поглядывая на Кира.

Кир всполошился:

— Какое «домой»?! Девчонки, время детское!

— Вот именно, — поддержал Иван приятеля. Язык его слегка заплетался, и Иван старался тщательно выговаривать каждое слово. — Я сейчас вам фотки покажу. Прикольные!

         Он извлек из стенки толстый альбом и раскрыл его, усевшись между девчонок. От них приятно пахло духами и чем-то, будоражущем сердце. Катя и Оля смотрели не слишком охотно, но вскоре все дружно хохотали над каждой второй фотографией.

Иван и не подозревал, что обычное семейное фото может так рассмешить, но догадывался, что виной тому не мастерство снимавшего, а пол-литра крепленого в каждом из них.

         Наконец, Кир как бы невзначай удалился с Катей в смежную комнату, оттуда донеслись звуки какой-то возни и довольное хихиканье, потом дверь закрылась. Иван остался с Олей наедине.

— Ну, что, надо спать ложиться, — сказал он.