Печать Ворона

— Слушай, дай нам поговорить, рокер, — вызывающе произнес Джон, снизу вверх глядя ненавидящими черными глазками.

— Не дам, — неожиданно для самого себя ответил Иван. Он, как Цезарь, решил перейти Рубикон и ввязаться в войну, которой и так не избежать.

— Ты чё, рокер? — насел узбек. — Чё ты лезешь, а? Чё тебе надо, а?

— А тебе чего надо? Отвали от него! — срывающимся от волнения голосом проговорил Иван. — Понял? 

— Крутой, да? Пошли, рокер, отойдем! — Джон кивнул на тыльную сторону дома. Иван напрягся:

— Пошли!

         Они отошли за дом.

Узбек схватил Ивана за пуговицу на кителе и потянул к себе:

— Ты что, чмо еб...е, крутой, да? 

         Сердце ожгло. Иван ударил узбека по рукам:

— Руки убери свои!

         Джон бросился на Ивана, но секундой раньше распахнулось окно, и раздался голос майора:  

— Эй, вы здесь? Идите обедать.

— Ладно, потом поговорим! — процедил Джон. Черные косые глазки смотрели с первобытной ненавистью, и Ивану стало не по себе.

Но он не испугался. Вот еще, бояться всякую мразь!

— Поговорим, — согласился Иван. Разжимая закостеневшие кулаки, он побрел за узбеком в дом, понимая, что главный разбор впереди.          Накормили на славу, так, как они давно уже не ели. Жена майора постаралась, и на столе было то, чего солдаты не видели с первых дней службы: хорошее мясо, фрукты, салат с толстым слоем сметаны. Иван так объелся, что еле встал, впрочем, расслабиться им не дали.

Майор приказал Джону докрасить дом, а Ивана и Лешу отправил вскапывать огород. 

         Ивану нравилось работать с землей. Он удивлялся этому, ведь родился в Питере, где вместо земли - многослойный асфальт, река затянута в гранит, а вместо леса - парки и проходные дворы. В детстве он помогал бабушке в огороде, и ему это нравилось. Иван вгрызался лопатой в жирный чернозем, выворачивая крупные пласты с копошащимися длинными червяками, жадно вдыхая аромат сырой земли.

Леша вяло работал рядом. 

         Иван видел: Леша боится. И таких ребят во взводе было немало. «Стая» пользовалась этим и активно прессовала слабых, заставляя шестерить. Иван поговорил об этом с Сашей Погорельцевым — атлетом и просто хорошим пацаном. По сравнению даже с достаточно развитым Телепановым Погорельцев выглядел Гераклом. Иван надеялся, что Сашка сможет прижать зарвавшегося Джона, но Сашка не захотел.