Печать Ворона

— Зачем менять ход вещей? — спросил он. — Если люди позволяют так с собой обращаться, значит, они этого заслуживают. Пусть шестерят дальше. 

— Саша, но это же подло! Этих козлов много, вот они и обрабатывают всех поодиночке! Власть свою насаждают.

— Ваня, ты преувеличиваешь. К тебе вот они не лезут, ко мне не лезут, значит, чувствуют, что получат отпор. Здесь, Ваня, армия, здесь сразу видно, кто есть кто. Если сунутся ко мне — урою, а впрягаться за всяких чумошников, извини, не буду.  

         Иван не понимал Сашку, ведь тот мог одним словом положить конец шакальству.

А Иван даже вместе с Андрюхой — вряд ли... 

         За работой и невеселыми мыслями Иван не заметил, как приблизился вечер. К дому майора подъехал тот же грузовик, они залезли в него и поехали в часть. Иван посматривал на Джона, ожидая, что тот, пока они одни, полезет в драку, но узбек сидел тихо, смотря в одну точку, и за всю дорогу не проронил ни слова.

 

         Вечером, перед отбоем, Иван рассказал обо всем другу. Андрей выслушал и с вызовом поглядел на противоположный ряд кроватей, где располагалась ставка «стаи». 

— Дерьмо, шакалы вонючие! — достаточно громко, чтобы его услышали, произнес он. — Не дрейфь, Ваня, если что, мы им мозги вправим!

         Это случилось на следующий день. Ивана отправили в караул, и он целую ночь дежурил на контрольно-пропускном пункте.

А когда пришел в казарму, то долго не мог найти Андрея. Все, кого он спрашивал, пожимали плечами, и лишь кто-то проронил: вроде ночью что-то случилось...

         Потом взвод построили, и сержант Берзаускас, оглядывая подчиненных, прошелся вдоль строя и неожиданно сказал:

— Что, кому здесь плохо служится? Кто решил дедовщину развести?  

         Из казармы вышли еще несколько старослужащих-сержантов.

Они встали рядом с Берзаускасом и впились глазами во взвод. Все они были старше, и выглядели гораздо взрослее Иванова призыва. Наверно, специально таких в сержанты отбирают, думал Иван. 

— Вас все это ждет в войсках, — сказал один из сержантов, махнув рукой куда-то в сторону. — На хрена вам здесь это нужно, я не пойму?

— Короче, так, — сказал Волына, высокий худой украинец, командир первого взвода, которого за глаза называли «Жердина».