Искатель: Проклятие Древней крови

Когда разговор свернул в русло политики, искатель-стажер начал нервно отбивать ногой рваный ритм. Злился, что время уходит на расчесывание старых ран, но не мог придумать, как заставить Братоубийцу вернуть долг за исцеление.

«Пусть возьмет камень, дай ему камень, камень, он слушает кровь, пусть замолчит, пусть слушает только тебя», — перебивая друг друга, шептали голоса предков. Игни задумчиво поскрёб ногтем большого пальца растущую под подбородком щетину, бросил мимолётный взгляд на отцовский медальон, который приглашающе лежал на краю письменного стола.

В какой-то день это должно было произойти. Он отдаст камень, спрятанный в медальоне. Правда, Игни не рассчитывал, что так скоро.

Пока рыжий колебался, Алишер расслабился и, с комфортом разместившись в старом кресле с вытертыми боками, приступил к трапезе. Покачивая вилкой на манер тросточки учителя танцев, князь начал рассказывать Игни, по каким признакам он понял, что рыжий стажер — мятежный малефикар. Игни мрачно молчал. Из рассказа следовало, что Алишер проницателен, как сам Владетель, а Игни выдавал себя каждым словом и жестом.

— Даже странно, ваша светлость. Вы так быстро заподозрили меня, но при этом сорок пять лет смотрели в зеркало и не видели в нём отступника.

Алишер помолчал. Игни ждал, что тот опять взовьется, но князь решил сменить тактику. Он поочередно проверил карманы брюк, ничего не нашел и разочарованно вздохнул.

— Ты ошибаешься. Я не такой, как ты. Я не пользуюсь магией. Никакой. Ненавижу магию.

И потом, слышал ли ты, парень, что смешение крови под запретом? Выродки лишены и защиты Древней крови, и обычных человеческих чувств. Таких здесь не жалуют.

Брови Игни взлетели вверх. Он уставился на князя с выражением немого изумления на лице.

— Это всем известно, если хочешь знать, — с деланным безразличием пожал плечами Алишер.

— У меня два вопроса. — Игни растерянно запустил пятерню в волосы на макушке, почесал затылок. — Как давно эту ложь заливают в уши Младшим, и чья это была гениальная идея.

— Обычно ссылаются на Создателя и его «Гневное Предостережение» в последней части «Слова»: «Дитя смешения кровей несет погибель...» Раз у нас здесь образовался маленький клуб любителей поэзии эпохи Великой Войны, я решил внести и свою лепту.

Руки Игни мгновенно нагрелись. Он с силой потёр ладони, встряхнул кистями. Вынул из ящика стола чистый лист дешевой желтой бумаги, которая легко мялась от неосторожного прикосновения.