Искатель: Проклятие Древней крови

Ждать молочника за решёткой за нарушение декрета «О ночном времени» далеко не так весело, как здесь. Там мне ни разу не предложили даже простецкий чёрный чай.

— Так тебя и не задерживали ещё из-за такой ерунды... Тем более, что люди Тарса приучены уже. У нас договорённость.

— А люди короля, как видишь, не в курсе про вашу договорённость... с мертвецом. Вот я и спрашиваю, какого демона они себе позволяют? Или началась война, пока мы с Исой по очереди носили малышку на руках? За её криками я не расслышал бы, как небо падает на землю, не то что жалкие сигналы трубы.

Игни не стал слушать дальше. Он вышел из зала общей работы и остановился на верхней площадке лестницы. Облокотился на перила, чтобы дать себе передышку от чужих голосов, гудевших в голове, подобно колокольному перезвону. Он заметил, что теряет концентрацию, и смысл слов чужого языка ускользает, как неуловимая водяная змея в темной воде.

Входная дверь с лёгким скрипом отворилась, и в Чайный домик вошёл незнакомец.

Шагнул в полумрак из сумерек тихо, как преступник, и осторожно притворил за собой дверь, чтобы не выдать стуком своё появление, да ещё придержал рукой подвешенные над дверью медные трубочки.

Игни захотелось подшутить над ночным гостем и крикнуть сверху что-нибудь ободряющее, но при этом заставить посетителя вздрогнуть от неожиданности. Однако Игни промолчал, даже напротив — затаил дыхание. Светлая шляпа и подобранный в тон плащ выделялись яркими пятнами в спящей чайной, поэтому каждое движение незнакомца нетрудно было проследить.

А потом неизвестный поднял голову. Будто почувствовал, что за ним наблюдают сверху. Коснулся двумя сложенными пальцами шляпы, как делают искатели для приветствия. Игни чуть поклонился, как принято в Акато-Риору. Пауза затягивалась. Гость и стажёр-газетчик не имели возможности разглядеть друг друга, однако настороженно молчали и не спешили нарушить колкую тишину.

— Молодой человек! — хрипловатое восклицание от входной двери наконец разрезало пыльный полумрак.

Игни оттолкнулся от перил, чтобы скрыть от себя самого, как он нервно дернулся от звуков чужой речи в темноте. При этом он едва не рассмеялся от облегчения: голос чужака был хоть и резким, но будто расколотым, что выдавало слабость его обладателя или серьёзный телесный недуг. Так что любое подозрение, будто это за ним, за Игни пришли, сейчас выглядело пустым наведённым страхом.

— Молодой человек, — повторил незнакомец.