Про Иванова, Швеца и прикладную бесологию #3

недосказанность за собой. Тебя отправляют на консультацию, ничего не объясняя и не поясняя, а оттуда чуть ли не пинками гонят, требуя почти подвига или чего-нибудь этакого, необычного.

— Ну, в общем, да, — вынужден был согласиться бывший инспектор, с интересом слушая рассуждения домовой.

Та продолжала, морща лобик и чуть подёргивая своими лисьими ушками. Было видно — Машкины мозги сейчас работают как компьютер завтрашней модели.

— Вот это и не сходится. Если бы на неё действительно надавили через посредников для оказания услуги Ерохе — то тебя бы или выслушали из вежливости, в конце пообещав «перезвонить», или послали куда подальше, едва поздоровавшись, но только к встрече заранее не готовясь. Какой смысл выворачивать подноготную человека, если он тебе изначально неинтересен? Больше скажу. Место твоей последней службы, Серёжа, конечно, не секрет, в определённых кругах, однако и таблички об этом на тебе нет.

Перед Ивановым на стол опустилась чашка с чаем. Маша уселась напротив, по привычке поджав ноги к груди и держа чашку обеими ладошками сразу. Будто грелась.

— Ага, спасибо, — отозвался бывший инспектор.

— Да я и не знаю, что продолжать, — зарделась от такого внимания домовая. — Я так... по девичьи рассуждаю от нечего делать... Скромным умишком своим...

Кицунэ явно напрашивалась на комплимент, и он не заставил себя ждать.

— Машка! Не тяни! Все и так знают, что ты умница и красавица! Вон, — Сергей указал пальцем в сторону подоконника, — Мурка не даст соврать.

Спящая на излюбленном месте кошечка при упоминании своего имени вздрогнула, раскрыла глаза и, не увидев на столе ничего вкусненького, зевнула, продемонстрировав небольшие, острые клыки. Она неодобрительно уставилась на глупых людей, которые только и знают, что постоянно болтать и издеваться над продуктами при помощи кастрюль и сковородок.