На неведомых тропинках. Сквозь чащу

– Уходи, – приказал Ошер, поворачивая лезвие в ране, зверь изогнулся.

– Нет, – феникс схватилась за нож.

Тварь, которую мужчина отбросил раньше, уже была на ногах и, встряхнувшись, вышла на дистанцию прыжка. Из-за дома показались еще четыре тени.

– Прошу, – он посмотрел на девушку, так же как в день, когда они соединили судьбы, как в день, когда он впервые взял на руки Рааду. Весь мир был там, в его глазах, – Унеси нашу дочь!

Девушка сжала оружие и отпустила. За этого ошера она, не раздумывая, отдала бы жизнь, и свою, и еще десятка Высших.

Но она не могла противопоставить его дочери. Выбор был страшен. Но он был.

– Увидимся на той стороне, огнекрылая, – Сив, как всегда, понял все раньше ее самой.

Сразу две тени прыгнули на него, первой он отрубил лапы, вторую едва задел по касательной, спарывая темный мех.

– Беги!

И она побежала, как быстро, как только могла, прижимая к себе девочку. Позади появлялись все новые и новые тени, меч со свистом рассекал воздух. Где-то впереди раздался рев и отчаянный полный боли крик.

Демоны вошли в Дивный.

Улица сменяла улицу, дорога пошла под уклон. Феникс бежала к видневшемуся за домами зеркалу озера, а по лицу текли слезы. Она бросила Сива. Оставила его, вместо того, чтобы драться плечом к плечу, до последнего вздоха. В легендах это всегда звучало красиво, чтобы не воспевали певцы, совместную жизнь или совместную смерть. В них героини не спасают детей ценой жизни любимого, потому что никто не будет слушать такие сказания.

Девушка выбежала на берег, ноги загребли белый, словно мука, песок.

Озеро было спокойно, слишком спокойно, по его поверхности не пробегало ни одной морщинки, ни одной волны. Чуть дальше, где южная дорога огибала город, с берега к воде тянулись серебристые нити. Они сплетались между собой, образуя сверкающую дорожку моста, без всякой опоры повисающую над водой. Девушка прищурилась, там, где заканчивался созданный магами мост, озеро проваливалось в темную дыру воронки. Бесшумное страшное вращение в центре не затрагивало окружающей неподвижности озера, пространство вокруг по-прежнему оставалось безмятежным.

Значит, Великие уже открыли проход, по сплетенному из серебряных нитей мосту уже шли те, кто решился оставить мир. На ее глазах пара огнекрылых сородичей спикировала в крутящуюся тьму водоворота.

– Нет, подождите, – с надрывом простонала она, бросаясь вперед и увязая в песке по щиколотки.

На примыкавших к берегу улицах, что-то визжало и хохотало.