Полудённое море

Лета поспешила убедить себя, что Лёша просто пытается флиртовать с ней, немедленно рассердилась, засмущалась, сказала себе мысленно, что Вадим будет ревновать, и даже, может быть, Лёшу побьёт, натянуто улыбнулась Лёше и ответила, что лучше пойдёт в каюту.

Штурман пожал плечами и уставился в горизонт.

Весь этот спектакль в голове у Леты, причудливый и нелепый, был настолько фальшивым, что Лете стало не по себе. «Зачем я всё это придумала? — спросила она и сама ответила: — Потому что я испугалась.

Она вернулась в каюту и села на койку. Мысли ушли, голова стала пустой и звенящей. Лета не знала, сколько времени просидела так. Казалось, что очень долго.

Загремел ревун, утих. И в тишине прозвучал тихий, неуместно мажорный и домашний электронный сигнал: телефон Леты поймал сеть.

...В коленях она чувствовала странную слабость.

На небе не было ни облачка. Гроза осталась в Полудённом Море. Берег ещё не показался вдали, но «Зубарев» вернулся в привычные воды. Люди бродили по палубе, вглядывались в даль. Никто не улыбался. Несколько раз Лета пыталась спросить, что случилось, но голос не повиновался ей, и её не замечали.

Потом подошёл Лёша, насупленный и подавленный.

— Лета, — сказал он и сочувственно потрогал её за рукав.

— Что?..

Лёша вздохнул.

— Ну это, короче... Как это? А, чёрт...

— Лёша?

— Никто не виноват, — сказал он вдруг. — Так бывает.

— Что бывает? Что случилось? Мы...

Она хотела спросить «мы не вышли с полудня?», но ведь её телефон поймал сеть... Сомневаться уже не приходилось.

— Капитан, — сказал Лёша.

— Лёша, ну хватит! — рассердилась она. — Скажи наконец по-человечески.

Лёша вздохнул.

— Вадим остался.

— Что?

— Вадим остался на полудне. Он больше не с нами.

Несколько минут Лета молчала, оцепенев. Лёша помялся рядом с ней, попытался сказать что-то ещё, осёкся, потом бочком-бочком начал отступать, отвернулся — и тогда Лета очнулась и бегом кинулась за ним.