Вне памяти

В районе железнодорожного вокзала вообще понастроили девятиэтажек в своё время, и ничего, никто не жаловался. Но там все жили постоянно, а тут обычно сдавали. Нет, жили и старушки-одуванчики, но почти всех Эпидемия забрала.

Я побаивался, что в моё жилище на третьем этаже уже успела просочиться в очередной раз бросившая работу племянница, но квартира была пуста. Ну, не считая соседского кота Штерна, взявшего в привычку пробираться ко мне то через форточку, то через дырку в стене, которую я прикрыл картоном.

Погладив пушистого гостя, я взял его на руки и постучался к соседу, который всегда был дома. Во всяком случае, я ни разу не видел, как он уходил или приходил… Хотя, если говорить откровенно, я сам дома-то нечасто бываю.

— Шолом алейхем, адон Александр, — поприветствовал меня сосед, открыв дверь, из чего я заключил, что к нему то ли родня приехала, то ли из диаспоры.

— И тебе не болеть, Вень, — кивнул я и всучил ему кота. — Слушай, там почтальон не приходил?

— Приходил.

— Веня оглянулся и тихо добавил: — Саш, можно, я к тебе на ночь переберусь, а то сил моих нет больше. Ре Закка — человек понимающий, но родственники…

Я развёл руками и вручил ему свои ключи. Веня улыбнулся и закрыл передо мной дверь, а я постучал по почтовому ящику, вытащил из него свои журналы и пару писем, после чего вернулся в квартиру. Грабить у меня нечего, а ключи Веня либо под ковриком оставит (и замкнёт замок магически), либо передаст мне лично — или напряжёт кого-нибудь из соседей, чтобы мне на работу отнесли.

Письма были от архивариуса Нъугалома Керекеша из Кирайского архива Мадья и, как ни удивительно, от племянницы. Эта негодяйка писала, что благополучно доехала до первой станции, где поезд стоит достаточно долго, чтобы успеть отправить письмо, жаловалась на скуку и описывала человека, которого ей нужно было сопровождать часть пути… и в красках рассказывала, какое было в степях убийство — ей как раз попутчик поведал.

Я посочувствовал парню всей тенью и открыл письмо от коллеги. Перечитал. Нахмурился. Посмотрел на часы и понял, что планы на нормальный обед и визит соседей и родственников накрываются чем-то большим и медным. Хотя Веню я видел, так что технически соседей повидал. За родственников письмо сойдёт, лишний раз видеться с выжившей семьёй не хотелось. А поесть и по пути можно.