Пыльные цветы

Если их повредить… это как повредить нервные окончания. Долго восстанавливаемся. Вот, вот дом Марны. Не проезжай мимо.

Дом втиснулся между двумя другими на улице, к нему вело высокое крыльцо со ступеньками, и пришлось поискать парковку рядом. Ноа успел проснуться и теперь всех торопил. Он первым выскочил из машины и направился жать на звонок.

Марна арта Ульн жила в хорошем доме, но не в особняке. А вот район был не эльфийским, и одно это уже показывало ее высокий статус. Она открыла им сама, как будто ожидала – хотя наверняка ей звонили предупредить.

Ева видела Марну на фото во всевозможных журналах. Знала, что она сама приехала из Фарналиса и сделала головокружительную карьеру. Ее показы всегда вызывали фурор, к ней выстраивались в очередь лучшие модели мира, а за наряды платили баснословные деньги. Ева до сих пор сомневалась, что такая женщина способна «просто так» дать на вечер свою одёжку.

Марна арта Ульн была явно старше Ноа и Делина, хотя люди с трудом могли определять возраст фейри.

Невысокая женщина с узкими глазами, ее можно было принять за азиатку, если бы не круто завитые рога. В отличие от маленьких у Ноа или Шана, здесь они были большими, напоминавшими бараньи. Темные волосы почти терялись на их фоне.

На ней было несколько слоев шуршащей одежды и легкий халат из паучьего шелка, напоминавший распахнутое кимоно. На ногах черные бархатные мюли без каблука, на которых золотыми нитями красовались вышитые солнца.

Марна поприветствовала Делина, а Ноа крепко обняла, так что ему пришлось наклониться.

- Ах, как давно ты не заходил, мой мальчик.

Она добавила что-то еще, но на языке фейри, или Ева попросту не расслышала. Ее тоже представили и тут же пропустили первой в дом. Намек Ева поняла прекрасно: наверняка Делин и Ноа хотели рассказать Марне, что им нужно, может, и о нападении.

Внутри дом казался сумрачным и будто бы захламленным. Но Ева быстро поняла, что у всех вещей собственный порядок, просто их очень много. На полу в коридоре лежал вытертый ковер, по сторонам деревянные столики и комоды.

Где-то в глубине дома играла негромкая музыка.

Ева прошла по коридору и через занавеску из деревянных висюлек в комнату, которая, видимо, служила гостиной. Здесь света было побольше, хотя вещей тоже много. Какие-то шкафы, банкетки с наваленными тканями, столики, заставленные мелочевкой. Ева пристроилась на скрипнувшем стуле, подозревая, что он антикварный. Покосилась на портняжные ножницы в россыпи бусин.