Будни некроманта

– А вот если сделать некроманта «живущим во сне», – задал Ваня наболевший вопрос, – он будет работать?

– Я уже отвечал на подобный вопрос. Воскрешенный Пикассо не пишет картин. Воскрешенный дизайнер не выдаст ни одного проекта… хотя, глядя на иные проекты, – Доктор Мерц покосился на окно, за которым строился торговый центр, увешанный лесами и рекламой, – видно, что даже лежачий покойник сделал бы их лучше.

Так сложилась традиция, согласно которой некроманты прячут свои могилы. Точнее, завещают спрятать.

Витольд не смог, поскольку рядом с ним в момент смерти не было никого, кому бы он доверял, но его могила все равно потерялась, хоть и была на самом… гм... Словом, наше общество никогда не умело беречь таланты.

– А если как раз именно мертвый некромант умеет то, что не умеет живой? – невежливо перебив шефа, Ваня запихнул пакет в мусорное ведро. – Например, полное восстановление? В живого человека?

Ансгар Фридрихович распечатал новый рулон бумаги, посмотрел на Ваню.

– Живых людей рожают женщины, – отрезал он.

– Только они могут ходить в мир мертвых и брать там душу, свободную от судьбы. Только они могут дать ей судьбу. Если… душа ее примет. Потому что душа может и не согласиться. Из-за этого детям не принято давать имена до рождения – ведь они могут отказаться от судьбы, с этим именем связанной.

– А если женщина не захочет, но душа все равно придет?

– А если человек убил себя, а потом передумал?

– Я не поэтому…

– Врешь.

– Вру, – кивнул Ваня. – Но разве не виноват тот, кто дал ему возможность передумать?

– Не так сильно, как если бы он сделал это за деньги, – улыбнулся доктор Мерц.

– Я привык к чувству вины раньше, чем ты начал привыкать жить мертвецом.

– Вы отобрали у меня результат уже сделанного выбора, – укорил его Ваня.

– Зато дал ценный шанс почувствовать себя идиотом, – отметил доктор.

– Спасибо. Я знаю, почему вы это сделали. Чтобы было кому похоронить вас, ведь так? Кстати, а чьи крылья смыкались над Москвой с пятьдесят третьего или когда там расстреляли Витольда?

Некоторое время Ансгар Фридрихович изучал собеседника с таким лицом, словно не верил в его существование.

– Ничьи, – сказал он наконец.

– Значит, вы…

– Учился в Германии.

– Врете, – сощурился Ваня.

– Обязан, – кивнул доктор. – Потому что моего мертворожденного брата-близнеца тоже звали Витольдом. Остальное…

Звонок прервал их вовремя, потому что доктору Мерцу настроения Вани совсем не нравилось. Совсем.