Будни некроманта

Он и сам не очень-то в это верил; но позже семьсот базовых иероглифов выучились как-то сами собой. Однако они не в их силах были объяснить главное, что его интересовало, – зачем?

Само предположение о несостоятельности азбуки появилось у него еще в те отпущенные им на рисование два часа и потом подтвердилось. Жертва, талисман, откровение. Листья, гадание, человек, дни. Много дней: еще два листа кружков с точкой посередине.

Он сумел объяснить ей про цифры и что у них пишут слева направо. И записал номер своего телефона – указав на себя.

И время – мол, потом будет понятно, что это цифры. Вот и все. Досталась ли ей после воскрешения больная душа? Он не знал, потому что больше никогда эту «мумию» не видел.

– Позвольте полюбопытствовать, зачем вы дали ей свой телефон? – продолжал допрашивать клиент.

Да, за свои деньги он мог себе это позволить. Но и доктор Мерц не просто так их получил.

– Иногда мои воскрешенные сходят с ума, – поведал он печально. – Или что там у них вместо него. Между ней и мной, как мне показалось, пока я ее поднимал, сложились доверительные отношения, и я как ее куратор в этом мире имел вполне оправданное желание узнать об этом первым.

Но я не говорил с ней.

– Вы бы и не смогли, – усмехнулся собеседник. – Если она объявится – дайте мне знать. Имейте в виду – она очень умна, хорошо приспосабливается и уже знает семь языков.

В трубке запищали гудки.

– Опаньки, – сказал Ваня.

Некоторое время доктор Мерц молчал, потом нехотя сказал:

– Незадолго до того, как тебя, Ваня, с кучей дерьма принесло в мою жизнь, я получил пять миллионов евро от некоего неизвестного мне господина Илая Дерико.

Именно в эту сумму господин Дерико оценил мою жизнь и мою душу. По случаю того, что я все-таки не потерял их, спустившись на несколько тысяч лет назад, Ассоциация Древних Некромантических Искусств выдала мне высшую награду – Золотое Крыло. По закону, окрыленный этой вещью должен возглавлять Ассоциацию, но я, к большому облегчению АДНИ, отказался (я тогда был моложе и лучше, кажется, тоже был). Мой заказчик действовал через посредников – ученых из Института Археологии. Имени девушки я не знаю, как, впрочем, и многих древнеегипетских имен. Однако я записал ей свой номер, чтобы со временем, когда она поймет, что они такое, она смогла бы связаться со мной.

– Ага, – сказал Ваня. – Вообще-то, давать свой номер нам, жмурам, не в ваших правилах. Значит, она сказала что-то такое…

Доктор Мерц кивнул, продолжая изучать паркет.

– Она не сказала.