Домовой из лифтовой и другие всякие

А если когда рассвет по земле с востока на запад идёт, на волну рассветную запрыгнуть и по ней поехать, то можно на терминаторе вокруг шарика прокатиться и вдоль неё – линии терминатора значит, как на доске по волне проехать. Так маленький народец давно приладился путешествовать с востока на запад и в любую точку земли. Но вот чтобы назад вернуться из гостей надо следующего рассвета ждать и вокруг всей земли сутки ехать.

А когда Слово с Рассветом пускаешь, если у него адресат есть, то только он слышит.

Но можно Слово и так пустить, что услышат все. Так новости важные пускают: когда новый кто-то в маленьком свободном народце появляется, когда уходит кто, или ещё что важное для всех случается.

Вот так и пустил Мотя Слово. Мол, нашёлся хитрый ключ с единорогом на головке, с хитрой бородкой и явно кому-то из маленького народца принадлежавший. Может нужен кому, может, ищет кто? Если ваша вещь, приходите, договоримся. Мне чужого не надо.

Прошло ровно двое суток и с рассветом во двор картонажки вошёл некто с каштановыми сроду нечесаными волосами, в рваном и потерявшем форму и первоначальную расцветку килте, на котором с огромном трудом, и только знаток мог определить цвета Грантов из Страт-спи.

Росту в пришельце было фута три и ни дюймом больше, но сложен он был прекрасно, явно силён и вынослив. На плечах его красовался такой же заношенный до последней степени плед. На его длинном вислом носу краснела свежая ссадина и левый глаз заплыл под здоровенным синяком, ещё не успевшим набрать всю палитру цветов этого благородного мужского украшения.

Из-под растрёпанной шевелюры выглядывали два характерно заострённых уха, и весь его гордый вид выдавал настоящего шотландского брауни.

Мотя шагнул навстречу гостю. Тот остановился, отвесил церемонный полупоклон и представился: 

– Brownie-Clod, esquire[5], сэр! Имею честь прибыть по вашему объявлению.

– Ну, заходи эсквайр, раз уж прибыл. Поглядим, какой ты эсквайр, – и Мотя пригласил гостя в свою кладовку.

– Так это что же, ты, Мотя, и по-английски говоришь? – удивился я.

– Нет, зачем? Это вы люди языков понавыдумывали. А у маленького народца язык один. Мы все друг друга понимаем: и Хоб-гоблины, и эльфы, и брауни, и пикси, и домовые с лешими, и все остальные. Нам нельзя иначе, мало нас. А с людьми приходится на их языках говорить. Хлопотно, но тоже никуда не денешься.